Анастасия, решительно настаивающая на своей праве остаться, оказывается перед лицом главного директора влиятельного архитектурного холдинга. Сцена запечатлена в ее памяти как тревожная и полная напряжения — стены офиса гнетут, а взгляды соперничают на фоне угрюмого бука посреди просторной комнаты....
— Ради интересов Стеши, конечно же…
— Почему нет? Обсуждение судебного заседания да из уст Лютольфа, как бальзам на душу.
Поддерживаю хитрые оды Марка. Адвокат расплывается в улыбке.
Тем временем специалист в форме собирает вещички, объявив Лютольфу об окончании процедуры, двигается из комнаты к выходу.
— Вынужден откланяться.
Подобно Чеширскому Коту адвокат поглаживает меня вдоль позвоночника, будто ему на самом деле очень неловко. Через мгновенье разворачивается, марширует за специалистом.
Лютольф приказывает мне быть готовой к десяти вечера.
Я так долго настраивалась, придумывала речь, мимику. Подбирала костюм для кофейни. Лютольф же единой фразой разрушил все репетиции, по-своему обыграл и теперь мне придется начинать приготовления заново.
Остатки былой роскоши после брака с Олегом у меня висят в шкафу. Я не все успела продать. Есть черное платье с воротником стойкой, закрытое. Оно скромное, но действует на мужчин как-то особенно.
Надеюсь, и Марк оценит наряд по достоинству. Не чужой человек же… отец Стефании…
Я снова созваниваюсь с Верой. Подруга ни в чем передо мной не виновата, но чувствует обязанность после недавних событий. Я хотела взять дочь в кофейню. Теперь придется просить Веру вновь понянчиться. Вечерние рестораны не место для детей.
Весь день я посвящаю Стефании. Кормлю малышку излюбленным мясным пюре. Балуемся вместе, играем.
Олег еще затаился. Обычно его утро начинается не с кофе, а с гневных смс, адресованных мне. Сейчас тишина.
Как давно я не посещала развлекательных заведений? Около двух лет точно.
Стоя у зеркала чувствую себя немного дикаркой, но все равно рисую качественный макияж. Доскональный. Такой, что накладывается через основу под тональный крем, с кошачьими стрелками на глазах и сочными алыми губами.
Что, что, а самооценку не смог разрушить во мне Золотов, как ни старался. И локоны я укладываю не для Марка, а больше для себя. Я все еще привлекательная женщина.
В девять вечера к нам приходит заполошенная подруга. Ее Степан опять супом не кормлен, но Вера хочет искренне мне помочь. В нарядном образе я шагаю к дочери, чтобы повозиться с малышкой перед уходом.
