Анастасия, решительно настаивающая на своей праве остаться, оказывается перед лицом главного директора влиятельного архитектурного холдинга. Сцена запечатлена в ее памяти как тревожная и полная напряжения — стены офиса гнетут, а взгляды соперничают на фоне угрюмого бука посреди просторной комнаты....
Такси остановилось в метрах тридцати от крыльца, совсем близко вот только путь наш преграждает толпа мужчин в черных одинаковых костюмах. По рыжей макушке одного «из» я сразу узнаю Фила. Начальника охраны Золотова.
— Постой, — притормаживаю Лютольфа, — они все люди Олега.
Марк быстро расценивает обстановку и то как яро Фил на нас пялится.
Адвокат сильнее меня, двинувшись, против воли тащит за собой вниз по ступеням. А я упираюсь, шепчу Лютольфу о полиции. Марк же шаг за шагом идет на охранников.
"— Господа, кто-то желает высказать мне претензии в той или иной форме? Нанести тяжкие телесные, чтобы потом отправиться на скамью подсудимых? Получить пару тысяч премии от босса и впоследствии мотать срок за решеткой? М?
Я как мышка притихла, был бы хвост — поджала. Словно не по земле, а по натянутому канату я осторожно иду возле Марка. Охранники Золотова сопят, скалятся, но… расходятся, освобождая нам дорогу. Нехотя.
— Ты владеешь гипнозом?! — кричу, выпускаю эмоции и плюхаюсь в салон такси.
— Нет, просто наемники проанализировали исход своих действий и выбрали меньшее из зол.
— О каком анализе ты говоришь? У Фила мозгов как у Шарикова! Он наполовину животное!
Погружаясь в кипучий спор, упускаю из вида, что водитель уже тронулся и везет нас по ночному городу.
— Значит, за него говорили инстинкты.
Хм… еще несколько дней назад Лютольф обожал тщеславно блистать, а сегодня скромничает. Не хвалится, не тянет на себя одеяло как обычно.
Воспользовавшись кратким молчанием Лютольфа, поворачиваю голову к окну и вижу маршрут, который не совпадает с улочками возле моего дома.
— Подождите! — панически вскрикиваю водителю. — Мы допустили ошибку в приложении и указали неверный адрес!
Чувствую, как рука Лютольфа крепко и горячо касается моей талии. Обнимает. Подтягивает ближе.
— Успокойся. Мы едем ко мне.
— Это еще зачем?
— Вечер кончился слишком быстро, нужно реабилитироваться.
— А завтра никак?
— Завтра тебе, вполне возможно, будет некогда. Золотов же сказал, что свяжется с хозяйкой квартиры.
Ох, без ножа режет меня Лютольф. Но я все-таки надеюсь на блеф Олега.
— Хорошо… если ненадолго…
Соглашаюсь, а в сердце бьется волнение.
Сквозь пыльное стекло в машине яркими вспышками мигают желтые лампы фонарей, проносятся березы на аллее.
