Анастасия, решительно настаивающая на своей праве остаться, оказывается перед лицом главного директора влиятельного архитектурного холдинга. Сцена запечатлена в ее памяти как тревожная и полная напряжения — стены офиса гнетут, а взгляды соперничают на фоне угрюмого бука посреди просторной комнаты....
Надежно прижимает мои запястья к дивану. — Ты все еще веришь, что Лютольф примчится тебя спасать? Наивная дурочка…
Золотов расплывается в хищном оскале. Одаривает вонью своего резкого парфюма. Большими пальцами давит мне на руки. Достаточно болезненно, но я держусь.
Коплю во рту слюну. Я непременно плюну в Олега, если тот посмеет меня поцеловать!
— У меня было достаточно времени, чтобы осознать все ошибки! — Золотов предпринимает очередную попытку коснуться губами моего лица. — Или ты хочешь, чтобы я обращался нежнее? Не получится, Настенька.
Я верчу головой и вскоре замечаю, как смятый лист вываливается из кармана Олега.
— Мне надоели твои игрища! Хватит!
Вспоминаю тон и манеру подачи, которые были присущи мне до развода с Золотовым. Такие потасовки случались и раньше в нашей совместной жизни.
Передумываю плевать в мужа.
Замираю и как строгая учительница пялюсь на провинившегося Олега…
У состоятельных мужчин, которые с жиру бесятся и чей возраст подкрадывается к пятидесятилетней цифре в паспорте причуды разные.
Золотов фетиширует по тирании и подсознательно жаждет наказания. Именно от женщины.
У него буквально крышу сносит от скандалов, звона битого стекла и пощечин. Он получает блаженное удовольствие от рукоприкладства. До дрожи любит получать удары по телу, хотя на словах отрицает.
Я не разделяла пристрастий мужа, однако находясь в браке, мирилась. Наверное, на тот момент у меня были чувства к Олегу, и я на многое закрывала глаза.
Золотов продолжает оскорблять низменными словами Марка, превознося себя на вершину Олимпа. Расхваливается.
Шумно фыркнув, я подгибаю колено и упираюсь им в живот Олега. Бизнесмену дискомфортно и когда я усиливаю нажим, Золотов все-таки меня отпускает.
Быстро скатываюсь с дивана, хватаю бумагу и бегу к лестнице.
Особняк мужа я знаю как свои пять пальцев. Расположение каждой антикварной вещицы.
По лакированным ступеням взбираюсь на второй этаж и смотрю на сидящего Олега. Если муж вдруг кинется, я смогу запереться в своей бывшей спальне.
Продолжая на дистанции контролировать Золотова, разворачиваю скомканную бумагу, хмурюсь и начинаю ощущать холодные волны по коже.
— Что это за дрянь?! — разгневано кричу и размахиваю листом.
— То, зачем ты так рвалась, — Олег вальяжно откидывается на спинку дивана.
— Издеваешься?
Еще раз опускаю взгляд на листочек. На нем блекло пропечатана реклама нового салона красоты в районе проживания Лютольфа.
