Автор
Тук-тук — звуки смерти. Я стою у края могилы отца, его последнего убежища, покрытое новым слоем земли. Вокруг стена мертвых и ожидания: поминальная обедня скрывает истину. Ясно, что они были неправильно похоронены, как последняя собака без ухода. Теперь лишь мне досталось узнать правду о его смерти и настоящей личности — предателе или жертве?...
Похоже, «Дочь предателя (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Бесчувственная, — с тихим стоном произносит Николай, — И за что я тебя только люблю?
— Я — красивая, — смеюсь в ответ и дарю короткий поцелуй в губы, снова отскакивая на пару шагов, — Обещай, что будешь скучать по мне? — открываю калитку, хитро поворачиваясь к Коле.
— Буду, — серьезно говорит он и посылает мне воздушный поцелуй.
Смеясь скрываюсь во дворе и бегу к крыльцу, сняв на пороге босоножки, чтобы как можно тише пройти в дом и не разбудить родителей. Лунный свет хорошо освещает террасу дачного домика и мне удается пробраться в свою комнату как мышка.
Легкий ветерок из приоткрытого окна ласкает разгоряченную кожу, и я невольно вспоминаю руки Коли. То, как он касался меня, целовал. Провожу ладонью по своему телу, чувствуя легкое возбуждение и огорченно выдыхая.
"— Могу помочь, — слышу голос от окна и охаю, хватая с кровати простынь, прикрывая голую грудь.
В окне маячит чья-то тень, я узнаю в нем парня, Сергея, что везде выслеживал меня.
— Что ты здесь делаешь? — шиплю на него, как змея, вот кого я точно не хочу сейчас видеть, так это его, — Уходи, я тебя не звала.
— Разве? — легко запрыгивает он на подоконник и секунда, оказывается около моей кровати.
Смотрит, жадно оглядывает вздымающуюся грудь под тонкой простыней, длинные ноги, которые я тут же пытаюсь спрятать от его глаз.
— Уходи или я буду кричать, — предупреждаю его и уже набираю воздух в грудь, чтобы заорать на всю мощь.
— Кричи, — пожимает плечами Сергей, усаживаясь на кровать. Тянется ко мне рукой, резко сдергивает простынь, обнажая грудь.
— Пошел вон! — бью его по рукам, отбиваясь, а он вдруг наклоняется и впивается губами и зубами в мое плечо, накрывая мой рот крепкой рукой. Я извиваюсь под ним, пинаюсь, пытаюсь сбросить его руки.
— Я всегда буду тебя ждать, Наташа, всегда, — вдруг говорит он и я замираю, чувствуя какой-то мистический страх перед ним. Он как удав гипнотизирует меня, вглядываясь черными в ночи глазами, — Ты потеряешь всех, кого любишь и тогда придешь ко мне, а я приму.
— Уходи, псих ненормальный, — наконец, оживаю я, — Еще хоть раз тебя увижу, закричу.
