В комнате царила напряженная тишина, словно воздух пропитан священным жаром. Дочь прокурора была как живой лист в руках двух мужчин: упиралась и сжимала, готовясь отскакать прочь. Егор и Павел обсуждали, зачем привезли именно её, когда знали, что им нужно было доверху заняться другим человеком — тем, кто знал, когда будет поиски....
Ни о том, что на моей коже всё еще ощущались прикосновения Никиты, ни о том, как мне чудом удалось сорвать цепь наручников со спинки кровати, схватить рядом стоящую антикварную лампу и ударить его. Ни о том, как его тяжелое тело упало на меня, а из затылка пошла кровь. Не знаю где я взяла сил на то, чтобы выбраться из-под него и даже надеть белье. Это было жутко больно, разодранная в кровь кожа жгла, пока я пыталась одеться и найти ключ в валяющихся на полу штанах Никиты, но в тот момент во мне словно что-то переключилось.
Не знаю сколько я провела времени в одиночестве, но в какой-то момент боковым зрением я заметила движение около дома и резко обернулась. Из открытой двери вышли Амир и папа. Оба серьезные, сдержанные. Дернув ручку, я уже хотела выйти им навстречу, как Амир опередил меня. Взялся за дверь, жестом мне показывая оставаться внутри.
- Пётр, поведёшь ты.
Папа молча кивнул и сел за руль Рендж Ровера.
- Подвигайся, малыш, - это уже мне.
Я сделала, как велел Амир, и едва он сел рядом, как в носу у меня снова защипало. Только улегшиеся эмоции взбунтовались, но Амир не дал им захватить меня с головой. Осторожно притянув меня к себе на руки, он уложил меня к себе на грудь, как маленького ребенка. Будто чувствовал, нет, точно знал, что мне безумно важно сейчас быть с ним. Ощущать его присутствие. Пальцами вцепившись в его рубашку, я вжалась в горячее тело моего мужчины, с которым я ощущала себя в безопасности, а он еще крепче сдавил меня.
Удивительно, но папа ничего не сказал. Мысленно я подготовилась слушать упрёки и даже воевать с ним, поставив перед фактом, что все равно останусь с Амиром, но он ехал молча. Я только чувствовала на себе его тяжелый взгляд в зеркале, но даже посмотреть на него была не в силах. Пока Амир одной рукой держал меня, второй набирал чей-то номер.
- Вань, доброй ночи, - вибрации от низкого голоса пошли по его грудной клетке, - дело есть.
Амир скинул вызов, потом еще что-то печатал одной рукой, а после заблокировал телефон и прижал меня к себе снова обеими руками.
- Ты как? – спросил негромко, а я подняла на него лицо.
