Автор
Дочь регента ведет читателей по пути оттеснения ее из крепких объятий родительской власти. Умная и решительная, героиня вынуждена бороться за свою собственную позицию, несмотря на упрямый протест старшей сестры. В каждом шаге она открывает новые грани своей воли и характера в стремлении к свободе мысли и действий....
Через некоторое время она простилась с миссис Фитцгерберт и присоединилась к Джорджу и леди Клиффорд, ожидавших ее в карете."
"По дороге на Саус-Адли-стрит она молчала. Джордж заметил на лице Шарлотты следы слез и встревожился. Шарлотта редко плакала; она только в припадке гнева не могла удержаться от слез, но они проходили так же внезапно, как и начинались. Однако такой тихой Шарлотта еще никогда не была. Да, на нее явно подействовала встреча с отцом.
Зато леди Клиффорд болтала без умолку. Ее тюрбан трясся от ужаса.
— Наверное, — заявила леди Клиффорд, — мне следует отказаться от роли вашей гувернантки. Да, лучше самой признать свою непригодность, пока мне на это не указали другие.
— Пожалуй, да, — внезапно воскликнула Шарлотта. Джордж, смотревший все это время на бабушку, перевел взгляд на принцессу. В следующую минуту она наверняка вскочит, обовьет руками шею леди Клиффорд, примется осыпать ее нарумяненные щеки поцелуями и попросит прощения. Шарлотта всегда так делала. Ее милая, милая Клиффи не должна говорить, что покинет ее. Шарлотта не сможет без нее жить!
Однако Шарлотта не двинулась с места, и оставшийся путь они проделали в молчании.
«О Боже! — подумал Джордж. — Она действительно разозлилась».
И затосковал по приятному обществу Минни.
Приехав к бабушке, Джордж понял, что дело обстоит весьма серьезно.
Оставшись наедине с Джорджем, Шарлотта заявила:
— Я ужасно зла, Джордж Кеппел. Я прямо-таки клокочу от ярости.
— На кого ты злишься? — с опаской спросил Джордж.
— На судьбу, — загадочно ответила девочка.
— Что за смешные вещи ты говоришь! — хихикнул Джордж.
— Ничего смешного.
— Но чем ты хочешь себя успокоить?
— Сейчас покажу, — Шарлотта по-прежнему изъяснялась таинственно. — Я рада, — добавила она, — что глупышка Минни Сеймур не будет путаться у нас под ногами.
— Но... — вяло запротестовал Джордж.
— Да-да, я знаю, ты считаешь ее хорошенькой и хочешь защитить. И всегда защищаешь. Хотя она-то в защите не нуждается.
