— Деликатное дознание... Уилли Остин, сумасбродная жизнь, которую ведет моя мать... Да, пожалуй, это действительно может случиться».
Это было невыносимо. Она всегда верила, что станет королевой. Ей хотелось стать новой Елизаветой — великой королевой, которая вдохновляла смельчаков на подвиги, на завоевание мира во имя нее. Шарлотта с детства лелеяла эту мечту, которая так утешала ее в те дни, когда она испытывала страшную ревность к Минни Сеймур и жаждала отцовской любви. И вот теперь эта мечта может разрушиться. Развод... Какая-нибудь юная принцесса станет ее мачехой, у них родится ребенок... сын... и мальчик опередит свою сестру!
— Но... мама ведь его жена, — пролепетала Шарлотта.
— Конечно. Конечно. Я несу вздор. Ой, ты только полюбуйся на этого хитреца! Он ревнует. Ему тоже хочется положить голову ко мне на колени. Ах ты, мошенник!
«Развод... — вертелось в голове у Шарлотты. — Да, это возможно».
— Вскоре, — продолжала оживленно говорить тетя Фредерика, — мы с тобой немного окунемся в светскую жизнь. Надо отпраздновать твой приезд сюда, моя дорогая. Мы устроим в Отлендсе бал в твою честь.
— Бал! В мою честь! О, как чудесно! — воскликнула Шарлотта, а сама по-прежнему думала: «Он ненавидит маму. И хочет избавиться от нее. Да, он женится, и у него родится сын, которого он будет обожать. А меня еще больше возненавидит».
— Да, бал, моя дорогая. И кто, как ты думаешь, будет на нем почетным гостем?
— Я полагаю... не мой отец?
— Почему же? Как можно устроить такой бал, не пригласив его?
***
Принц-регент приехал в Отлендс в сопровождении Уильяма Адамса, которого он несколько лет назад назначил главным адвокатом. Принцу было интересно его общество. В свите так же находился Ричард Бринсли Шеридан.
Принц пребывал в мрачном расположении духа. Бал в Отлендсе, да еще в честь его дочери — это не очень-то радужная перспектива. Принц всегда ощущал неловкость, общаясь с Шарлоттой, хотя и пытался проникнуться к ней любовью. Ему казалось нелепостью, что такая девочка является его дочерью. Она унаследовала от него лишь умение лихо скакать на лошади. Да, если бы она не была так похожа на отца, он бы заявил, что это вообще не его дочь. Принц страстно желал избавиться от матери Шарлотты, жениться вторично, иметь сына. Тогда Шарлотту можно будет отодвинуть на задний план, о чем он тоже мечтал.
Теперь принц фактически стал королем, только назывался по-другому. Было понятно, что отец уже не выздоровеет и не сможет управлять государством. К душевному расстройству прибавилась начинающаяся слепота. Нет, он больше не будет править! Теперь правитель — принц-регент. Но что принесла ему столь огромная власть? Разрыв с Марией. Да, это неизбежно должно было произойти. И дело не только в требованиях Изабеллы Хертфорд.