Дочь регента — читать онлайн бесплатно полностью

— Если б ее мать себя так вела, то в Карлтон-хаусе и Виндзорском дворце были бы постоянные драки.

— Ах, миссис Адней, об этом и подумать страшно!

— Я полагаю, до принцессы дошли какие-то слухи о происходящем.

— Вы думаете?

— Сейчас все только и говорят, что о дознании. И сходятся на мысли, что Уильям Остин — незаконнорожденный сын принцессы то ли от сэра Сидни Смита, то ли от капитана Мэнли, то ли от художника Лоуренса. Нельзя сказать, что малыш испытывает нехватку отцов, хотя личность реального отца не установлена.

— Миссис Адней, умоляю вас... Однако мне следует рассказать о выходке принцессы епископу. Нельзя допускать, чтобы она так третировала тех, кто ей прислуживает.

— Я искренне надеюсь, что принцесса толком ничего не знает, — с состраданием произнесла миссис Адней. — Ибо она может окружить эту историю Бог весть какими романтическими домыслами. Ей не следует рассказывать всю правду. Как вы думаете, может быть, лучше вообще не напоминать принцессе о матери и о той жизни, которую она ведет в Монтэгю-хаусе?

— Пожалуй, да, — вздохнула леди Клиффорд.

«По крайней мере, — подумала миссис Адней, — эта тема не будет затрагиваться, а Шарлотта, когда ее будут ругать за то, что она ударила фрейлину, не признается, в чем было дело, ведь это порочит ее мать».

Миссис Адней была уверена, что ей удастся дать внятное объяснение случившемуся и нисколько себе при этом не навредить.

Она пошла к миссис Кэмпбелл и заявила, что принцесса становится неуправляемой. В ней проявляются задатки матери."

"Доктор Фишер, епископ Селисберийский, расхаживал взад и вперед по комнате в ожидании ученицы.

Когда она пришла, он сразу же обратил внимание на ее вызывающий вид. Поэтому принцесса догадалась, что до него уже дошли слухи о ее проступке.

Самодовольный, напыщенный, уверенный в своей правоте, епископ предложил Шарлотте помолиться с ним вместе о том, чтобы Бог даровал им смирение.

— Смирение? — воскликнула Шарлотта. — Разве это достоинство, когда речь идет о принцессе?

— Любой человек должен считать смирение хорошей чертой, Ваше Высочество. И особенно принцессы.

— А епископы?

— Любой человек, — повторил епископ. — Мы же, люди, облеченные властью — или готовящиеся получить власть, — тем более не должны забывать про смирение. Гордыня — величайший грех. Один из семи смертных грехов.

— Следовательно, смирение — это добродетель, да? Или эти свойства не противопоставляются друг другу? А что если можно быть и смиренным, и гордым? Человек ведь изменчив, епископ. Я, например, иногда бываю очень, очень смиренной. А иногда — гордой.

Епископ сложил ладони вместе и поднял глаза к потолку.

«Прямо-таки олицетворение набожности! — хмыкнула Шарлотта. — Эта поза означает, что он страшно шокирован.