Автор
Дочь регента ведет читателей по пути оттеснения ее из крепких объятий родительской власти. Умная и решительная, героиня вынуждена бороться за свою собственную позицию, несмотря на упрямый протест старшей сестры. В каждом шаге она открывает новые грани своей воли и характера в стремлении к свободе мысли и действий....
— Мэри считает вас своей матерью, — с мудрым видом — ни дать ни взять Соломон — изрекла леди Хертфорд. — Да, вы правы, отбирать ее у вас нехорошо.
Мария обрадовалась: судя по всему, леди Хертфорд была на ее стороне.
— Так вы говорите, принц будет недоволен, если они выиграют дело?
— Думаю, он никогда им этого не простит. Он обожает Минни... а она его. Если б вы только видели, как она садится ему на колени и рассматривает его камзол! Она прозвала его Принни. О, Изабелла, стоит только посмотреть на них, когда они вдвоем! Я уверена, он будет в отчаянии, если Минни у нас отберут.
Леди Хертфорд задумалась. Принц поддерживал вигов. М-да, если его удастся перетянуть на сторону тори, это будет великая победа! Старый король нездоров. Ходят даже слухи, будто он частенько заговаривается. Его уже один раз хватил удар, и дело чуть было не дошло до назначения регента. Сегодняшний принц вполне может стать завтра королем.
Она сказала:
— Пожалуй, Мария, мне стоит поговорить об этом с мужем.
— О, Изабелла! Вы читаете мои мысли.
— Да, я могу поговорить с ним.
— Я вам буду вечно благодарна... и принц тоже.
— Предоставьте это дело мне, Мария. Я постараюсь помочь вам. Ну, а теперь не хотите ли выпить чаю?
***
Леди Хертфорд, не теряя времени, рассказала мужу о визите Марии.
Френсис Сеймур, второй маркиз Хертфорд, имел большие политические амбиции.
Изабелла была его второй супругой; она имела свой собственный капитал, и муж всегда прислушивался к ее мнению. Вот и сейчас он внимательно выслушал рассказ жены.
Изабелла сложила на коленях свои прекрасные руки и довольно чопорно произнесла:
— Эта крошка явно должна остаться с Марией Фитцгерберт.
— И все же, — возразил лорд Хертфорд, — лучше вернуть девочку в нашу семью. Она же не одна на свете!
— Мой дорогой Френсис, миссис Фитцгерберт прекрасно заботилась все эти годы о Мэри. Если девочку сейчас отобрать, это причинит крошке страшную боль, я уверена. Кроме того, думаю, принц никогда не простит Генри за то, что он был так настойчив.
— Ну, принц — это не король.
