– Да, нельзя. Но мы-то спину не подставляем. Правда, братья? Хоть у нас уже один участок отобрали, этот им дорого обойдётся, – грозно заговорил Егор. – Раз они на нас нахрапом – так и мы им по морде хряпнем! Тяжело достанется тому, кто к нам со злом придёт…
Сидит Загбой, слушает. Но ничего понять не может: зачем люди друг на друга ругаются? Тайги-то много, за всю жизнь не обойдёшь. Всем места хватит. Вот только, может… Дело совсем не в тайге?
С крепкими заморозками облетели листья. Хвойные деревья нахмурились, потемнели, стали угрюмыми и неприветливыми. Крутобокие белки дыхнули холодом, раскинули серебро инея по прибитой траве, сковали озёра ледяным панцирем. С поверхности полыньи одновременно сорвались и потянули на юг птицы. Их прощальная песня заунывным мотивом оповестила всю округу о грядущей зиме. И сразу же, глубокой ночью на тёплую землю выпал первый снег. Его появление не было неожиданностью. В мире природы всё взаимосвязано: за порой листопада всегда наступает пора первоснежья. Об этом знают все, кто живёт в тайге. Однако наступление этой поры сравнимо с некоторым торжеством, необъяснимым волнением души, окрылёнными чувствами, сопоставимыми с приходом весны или жаркого лета, потому что в круговороте природы нет лишних времён года.
Лёгкой пороше радуются все, начиная от мелких пернатых до человека. Вот по перенове накрестил лапками хохлатый рябчик. В поисках сочных ягод под провисшей рябиной взбили лёгкую перину неугомонные дрозды. Пышнохвостые белки окрестили кедровник броскими прыжками. Грузными чётками отмерял границу своей территории соболь.
На стойбище возбуждение. Вокруг чума катаются на спинах собаки. Круторогие олени фыркают, бьются рогами за право власти над важенками. У них продолжается брачная пора.
Из чума выскочила Ченка. Радостно улыбнувшись утренней свежести, девушка схватила ладошками легкую порошу, приложила её к лицу, быстрыми движениями разогнала дремоту. Холодный снег придал бодрости, настроения. Освежившись, она приступила к следующей части утреннего туалета – разгребла припорошенное кострище, набрала щепотку мелкой золы, сунула в рот и пальцем отполировала ровненькие ряды зубов.
Откуда-то со стороны подскочили Чирва и Илкун, в приветствии закрутились у ног хозяйки, заговорили тонкими голосами. Ченка приласкала собак, вытащила из кармана два маленьких кусочка вяленой сохатины, дала своим верным друзьям.
А из оленьего стада уже торопился верховик девушки – однорогий Ухтырь.
