В Дочери скорпиона, ты не знаешь, в какую минуту всё изменится — когда лунка в расплавленном воске станет слишком глубокой для свечи и она потухнет, оставляя за собой тонкий дым. Старый маг, забытый книжкой под выцветшим фолиантом, не видит даже рассвета, который приходит после долгой ночи....
Открыв глаза, я медленно повернула голову, уже понимая, от чего этот жар.
Кровь.
Сердце пропустило пару ударов.
Он среагировал на мою кровь. Секунд не прошло, как тепло распространилось по всему камню и я, успев только ахнуть, ухнула вниз. В камень.
Некоторое время я в панике болтала руками и ногами пытаясь выбраться, как внезапно поняла, что не тону, что могу дышать и видеть.
Умерив панику, огляделась.
Внутри камня был Космос. Я парила в нём как в невесомости, словно космонавт на орбите, словно дитя в чреве матери.
Я парила среди звёзд, с восторгом понимая: ошибки нет, я настоящий Скорпион. Самый настоящий. Родинки на моих руках засветились звёздами через одежду...
Ты — потомок Великого Рода, Катя.
А потом камень вернул меня обратно.
***
Назад я вернулась задумчивой.
Наяр чёрной статуей стоял на том же месте, ожидая блудного Скорпиона. Я искренне позавидовала тому, как идеально на нём сидит традиционный чёрный сюртук. Потому что сама выглядела так, будто вылезла из пещеры.
— Нашла что-то интересное? — Ворон глядел испытующе и цепко.
Я вытащила из рукава кусочек мозаики и показала ему.
— Да, мозаика... Катерина! Ты порезалась!
— Случайно поцарапалась, ерунда, — отмахнулась. — Дух захватывает там бродить! А так, одни обломки...
Про алтарь я умолчала. Хотелось бы рассказать, но почувствовала, что это всё-таки таинство. И оно принадлежит только мне.
— Как ты думаешь, мой храм можно восстановить?
— Теперь можно, — успокоил меня Ворон, протягивая мне платок.
— Я бы этого хотела.
Сложив руки за спину он мерно шагал справа от меня, чутко подстраиваясь под мой шаг. Я опять подумала о том, какой же Ворон замечательный во всех отношениях. Не то, что некоторые. Думаю, вот он бы переместил меня в этот мир гораздо деликатнее Волков.
— Знаешь, что я подумала? Если что натворить или кто преследует, можно остаться жить на территории своей церкви.
Получила в ответ негромкий смешок. Для сдержанного Наяра это означало «очень смешно».
— Ты забавная. И совсем не жестокая, — внезапно произнес он.
Я подняла глаза, встретившись с чёрным взглядом, обнаружив, что он рассматривает меня. Опять.
— А ты что ожидал? — прыснула.
