— Спорное утверждение, — грустно улыбнулась, вспоминая мамино лицо со следом синяка на скуле.
А он удержал, склонился ко мне и, глядя в глаза, прошептал:
— Я не хотел, чтобы Дейм знал о тебе. Прости меня.
Дейм! Раздражающий тип, должна признать. И странный. Очень.
— Ки-и-ир, ты меня слышишь?
Молча кивнула. А потом услышала сногсшибательное:
— Пантеренок, я тебя люблю.
Мир мог катиться к черту! Весь, со всеми сотнями планетарных систем! И эти воины, сопящие за его спиной, и вообще все. А еще укатился к черту мой голос, потому что я ничего не могла сказать, глядя на Эдварда Дрейга. Любит?! Правда?!
— Эд, — прошептала я. — Эд, ты…
— Кир, — он нежно провел пальцами по моим губам, — Дейм, он… мы же учились вместе, но после одного задания он стал…
— Странным, — подсказала я.
— Другим, — поправил Эдвард. — Сильнее, быстрее, умнее настолько, что с ходу высшую офицерскую закончил. Карьера у него головокружительная, но я не завидую, меня в руководство и не тянуло никогда. Тут в другом дело, девочка моя, женщины… они на Дейма реагируют. Все. Стоит ему этого захотеть, вот я и…
Лифт остановился, нужно было выходить, а я не могла даже пошевелиться.
— Ки-и-ир? — Эд смотрел уже встревоженно. — Ты в порядке?
— Нет, — выдохнула я, не отрывая взгляда от его виноватых глаз.
Он улыбнулся, наклонился и прикоснулся к моим губам…
— Нужно идти! — хмуро возвестил один из воинов.
— Воин не прикасается к устам женщины! — добавил второй.
Но Эд не отреагировал, накрывая мои губы нежным поцелуем.
Остановись, мгновение, ты прекрасно.
А потом все стало плохо! Просто очень плохо!
Некоторое время я стояла, не в силах понять, что вырвало меня из рая и вернуло на землю, больно ударив об оную. А в груди все перевернулось. И, отстранившись от Эда, чье дыхание словно заглушало для меня весь мир, я прислушалась… Рыдания! Сдержанные, едва слышные… И страшным осознанием навалилось очевидное — наш этаж… плакала мама.
Рывок. Я вырвалась из объятий Эдварда и практически побежала. Тенью метнулись воины, живой стеной возникнув у меня на пути, но тут из глубины нашей квартиры раздалось:
— Кто? — От звуков этого голоса стало как-то страшно.
Так порой рокочет надвигающаяся гроза, вроде и негромко, но очень грозно.
Мне уже не хотелось встречаться с отцом.
— Принцесса Киран, — ответил один из воинов.
Стена из мускулов раздвинулась. Но теперь я шла гораздо медленнее… По сверкающему сталью коридору, мимо стеклянных дверей, в маленькую прихожую, где я всегда снимала обувь.