Автор
В знакомом месте, он внезапно появляется — мужчина с виду уверенный в себе. Краткий миг замешательства и затем: "Ну, что, милочка, выходи". Его ровные, почти фальшивые слова разрушают все ожидания. Выход явно не прост, а испуганный возглас отчаяния призывает к стене.
Но знаешь… Думаю, это как-то связано с его планом мести. Когда он говорил про сестру, у него всегда появлялось особенное выражение лица. И мне кажется, дело в этом, - делюсь своими мыслями."
"Сомтрю на Геогрия и думаю - а не зря? Вдруг он не поверит или решит, что я дурочка? Но тот напротив, задумчиво кивает, соглашаясь со мной.
- Я был в отъезде в это время. Думаю, поэтому он и решил действовать. Надеюсь, ты понимаешь, насколько он для тебя опасен.
- Да,но в тот день, когда Дамир отвез меня… - осекаюсь, не зная, как назвать это жуткое место для торгов.
На лице Басманова появляется снисходительное выражение, такое, с жалостью.
- Ты уже ищешь ему оправдание, Лера. Думаешь, если бы он правда тебя любил, позволил бы такому произойти? Отдал бы тебя на продажу, как скот?
Каждое его слово впивается в мое израненное сердце. И даже легкий вдох причиняет боль.
- Я не знаю… - отчаянно шепчу. - Не знаю! Может, он просто ошибся?
- В чем? - безжалостно возражает отец.
- Что?!
- А как ты думаешь, откуда я узнал про то, где ты? Дамир мне и сказал об этом.
- То есть он…
- Да. Он хотел отомстить. Хотел причинить боль. И раз не добрался до Наташи, сделал это через тебя.
- Но ведь это жестоко! - едва не плачу. - Разве так можно?!
- Асадов - убийца. Ты правда ждешь от него адекватности? - Я молчу. Нечего ответить на это. - Ты должна понять, что он - наш враг! Он не станет тебя жалеть.
Всхлипываю, сдерживаю слезы как могу.
- Он говорил, что любит… - звучит так жалко, но это единственное, за что я держусь.
- Асадов играл тобой. Он этим бахвалился, когда мы встретились. И поверь, все что он говорил - ложь. Единственное, что им движет - месть.
- Но ты же не виноват! Надо просто доказать это ему, чтобы он нашел настоящего виновника и перестал угрожать!
- К сожалению, это невозможно, - возражает отец. - Я пытался. Но нет никого, кто смог бы найти какие-то улики, которые помогли бы.
- Значит, он так и будет тебе угрожать?
- Нам, Лера. Ты тоже под ударом. И если ты решишь, что я тебе вру, что ты сможешь достучаться до него - дверь открыта. Я тебя не держу. Но помни - второй раз я могу и не успеть.
Холодные, жестокие слова. Хотя стоит ли злиться на того, кто озвучивает истинное положение дел?
Я уже почти готова признаться, что рассказала не все, что умолчала про самое главное, но раздается стук.
