Герцог Ганс фон дер Вельф был частью древнего аристократического рода, разделенной во времени и пространстве на две линии. Два века спустя, Карл фон дер Вельф, прадед автора, получил поместье в наследство от умирающего клана России и переехал с молодой женой. По семейным преданиям, они жили счастливо, но это временно — их жизнь была испорчена внезапной трагической случайностью....
Но, тем не менее, порекомендовала выпускницу, которая могла бы подойти на моё место, хотя выражала сомнение, что широта знаний претендентки превосходила или хотя бы равнялась моему кругозору.
Я как наяву представляла мою дорогую немку, читая её письмо:
""- Алиса! Тефочка моя! Это пезумие! Однако, сная фаш характер — нисколько не сомнефаюсь, что фы меня не послушаете. Поэтому фсем сердцем желаю — пусть госпоть фас хранит! Пишите мне обо фсём — не забыфайте свою фройляйн…""
В душе защипало щемящее чувство нежности и благодарности к суровой тётке, давшей мне самые главные уроки выживания юных дев в этом мире.
С этого момента меня захватила круговерть дел и вопросов, которые требовалось решать.
Щербаковым я сообщила, что в письме мне Марта очень хвалила одну из новых выпускниц университета. О том, что я сама просила её кого-то присмотреть — конечно же скромно умолчала. Иначе рушилась версия с внезапным наследством. Графы были рады такому везению, послали приглашение и готовились принять мадемуазель Соколову.
К великому счастью — не иначе молитвами за мою удачу Марты — за новой гувернанткой отправили не Афанасия. А может просто граф учёл мою просьбу об участии деловитого мужика в устройстве моих вопросов.
Рассматривая варианты домов, я поняла, что каменный — это обалдеть, какая роскошь и в моей ситуации даже смотреть в ту сторону не стоит. Хотя был один вариант — ну очень мне приглянулся. Небольшой каменный дом в центральной части города на четыре хозяйских комнаты и одну для прислуги, с массой хозяйственных построек.
В общем, пришлось закатать губу и рассматривать чего попроще.
Подходящий вариант подвернулся на улице Грязевской*.
Пусть пока моей улицей будет не Миллионная — там традиционно селились зареченские ""миллионщики"" — богатеи.
