Герцог Ганс фон дер Вельф был частью древнего аристократического рода, разделенной во времени и пространстве на две линии. Два века спустя, Карл фон дер Вельф, прадед автора, получил поместье в наследство от умирающего клана России и переехал с молодой женой. По семейным преданиям, они жили счастливо, но это временно — их жизнь была испорчена внезапной трагической случайностью....
А если ещё и вазы получатся в одном стиле с ним — так это же просто шик! — сделав выразительное лицо, заявила тётушка, — Только больше никаких подарков! Исключительно на заказ! Но, смею надеяться на первенство в обладании такой роскошной новинкой."
"— Конечно, Наталья Сергеевна. Разве что, идея пока исключительно в голове, а приводить её в исполнение я начну только дома. Но ящик с первой партией отменного качества стекла с фабрики супруга нашей Марты уже ждёт своего часа.
— Ха! — тётушка небрежно взмахнула изящной ручкой, — Ни секунды не сомневаюсь, что вы доведёте свою затею до совершенства.
В общем, мы не поленились — попросили притащить и распечатать уже подготовленный к транспортировке ящик и азартно зарылись в его недра.
— Алиса Карловна, к вам доктор. — сообщила Анфиса, отрывая меня от такого увлекательного занятия.
— Простите, я скоро вернусь. — пришлось извиниться, — Вон там в правом углу то, что вам однозначно понравится. Правда эта ваза в самом низу. — рассмеялась я, глядя на то, какой кавардак способны в считанные минуты устроить три увлечённые барышни, и отправилась ""на приём"".
Обе мои дорогие ""тётушки"" вышли поздороваться с доктором и вернулись к прерванному занятию.
Андрей Васильевич одобрил состояние руки, снял надоевшую повязку, настоятельно велел беречься и более не вступать в единоборства с противниками, превышающими мою массу в два раза.
Уже на пороге чуть задержался и высказал своё сожаление по поводу того, что наше знакомство состоялось при столь неприятных обстоятельствах. Кажется, ему хотелось сказать что-то ещё, но он не решился. Я, испытывая некоторую неловкость, предложила позвать хозяйку дома, чтобы они могли попрощаться.
— Нет-нет, — поспешно ответил князь, — просто передайте мои наилучшие пожелания.
Когда за Андреем Васильевичем закрылась дверь, задумчиво пошла в гостиную. Не то, чтобы я старалась идти тихо — так само собой получилось. За приоткрытой дверью тоже царило подозрительное затишье. Тётушки, кажется, уже прекратили греметь посудой.
— Спасибо, дорогая Марта, за то, что поделились. А то ж у нас с Прасковьей душа вся изболелась.
