В лесной долине, где воздух царит в тиши, молодые люди Митька и Катя шутливо обсуждают уход Реваза. Вдруг Катя сворачивает с дороги не по инструкции, а надежды их обоих разрушаются на полном километре от места встречи. Приятельские отношения испытывают губительное влияние страсти и зависти....
— Я все делать буду, — тут же заверила Алиса и, подхватившись, потащила посуду в раковину. — Сейчас сама помою.
— Кажется, нам подменили ребенка, — пробормотала Роза и, заметив морщину на лбу дочери, поинтересовалась: — Что тебя беспокоит, Катя?
— Если раньше у Алисы тут друзей не было, то кто залез к нам среди ночи? Я думала, дети балуются. Да и Ронка не залаяла. Значит, кто-то свой прошел дворами через внутреннюю калитку.
— У вас есть еще вход, кроме основного? — насторожился Марат.
— Да, — кивнула Роза.
Мимо виноградника и розария Алтаев прошел вслед за тещей к дальнему забору и тупо уставился на небольшой проем в стене, снабженный узорчатой кованой дверцей.
— Ничего себе, — пробасил он, — это кто угодно с обратной стороны может во двор попасть?
— Из чужих никто, — мотнула головой Розочка. — Дети друг к другу в гости ходят, — пояснила она. — Да и мы с соседями так общаемся.
— А эта калитка давно у вас? — изумленно осведомился Марат. — Ну когда Виталя к Альберту Владимировичу приезжал, она была?
Катерину удивило, что Алтаев до сих пор помнит, как звали ее отца, хотя столько лет прошло.
— Конечно, — кивнула мама. — Если что случится, так быстрее. У Алика когда инсульт был, Тамара — соседка наша— сразу прибежала. Тут полное доверие, Марат!
— А кто-то чужой мог воспользоваться этой дверью?
— Навряд ли, — пожала плечами Роза. — Альберт проверял сразу после пропажи слитков.
— Вы не правы, — спокойно возразил Марат. — И Михей, и Вовка наказали бы любого, кто посмел протянуть руку к их собственности. И не важно, восполнен ли ущерб. Тут важен факт воровства. Вернуться с того света еще никому не удавалось, а вот защитить честное имя Альберта Владимировича нам под силу.
— Ты думаешь… — прошептала Катерина и глянула на Алтаева глазами, полными слез. Расплакалась и Роза Равильевна.
— Да вы поймите, — вздохнул Марат, — если каждая из сторон клянется, что не трогала слитки, то есть кто-то третий, кто случайно или специально оказался рядом в тот злополучный день. Остается проверить всех, особенное внимание уделить внезапно разбогатевшим знакомым.
