Автор
Мария Королёк неожиданно возрождается в качестве Богини Светлых земель. Теперь её ждут работа в небесной канцелярии, тренировки у наёмников и множество опасных испытаний. Героине предстоит разобраться со своей новой природой и найти способ вернуться к прежней жизни.
– Кстати, ты меня приятно удивила, – признался собеседник, а когда я заинтересованно повернулась, продолжил: – То, что я имею дело не с принцессой Мариэллой Витард, было очевидно еще в первую нашу встречу. Я рассматривал множества вариантов, но предположить, что меня дурит наемница, так и не смог.
– Бык разболтал? – уточнила я, припоминая, как наемники резались в карты, ожидая, пока кое-кто выторгует для себя побольше золота.
Макс строго глянул на меня. Дескать, что значит «разболтал»? Бык, как и полагается, доложил начальству. Ведь мужики не сплетничают! Мужики делятся информацией.
Я толкнулась ногами и едва не рухнула носом вперед, услышав предельно строгое и решительное:
– Свадьба через неделю.
– Как через неделю! – воскликнула я, поворачиваясь к собеседнику. – Отбор ведь еще не закончился.
– Закончился, – заявил этот наглый король, закидывая свою руку на спинку качелей и дотрагиваясь до моей спины. – Я уже выбрал невесту и не вижу причин метаться от одной женщины к другой. Как ты там вчера сказала… Женить, нельзя откладывать?
– Ты неверно все истолковал, – из горла вырвался нервный смешок. – Я хотела сказать: «женить нельзя, откладывать»!
– Свадьба через неделю, – сказал, как отрезал.
Не мужчина, а титановый сейф!
– Макс! Ну кто ж так замуж предлагает? – я даже руками всплеснула. – А где конфеты-букеты? Где долгие ухаживания? Где признания в любви? М-м-м? Где все это? Мы же не в пещерные времена живем, чтобы вот так с наскока оглушить дубиной брака и унести в пещеру семейной бытовухи!
Недосупруг пожал плечами и с самым серьезным выражением на физиономии ответил:
– Ухаживаний не обещаю, дел в последнее время заметно прибавилось. Конфеты и букеты будет приносить секретарь, а признания в любви… Хм, а за что тебя любить?
– В смысле… – растерялась я."
"Максимельян придвинулся ближе, обнял за талию, склонился к моему ушку и провел по нему кончиком носа. И это было бы безумно волнующе, если бы не прозвучавший следом шепот:
– Я серьезно, Соколенок. За что тебя можно полюбить? За хамство? За отсутствие здравого смысла? За привычку говорить, не подумав? За презрение авторитетов? За что?
Я вскочила, намереваясь залепить правдолюбу звонкую пощечину, а потом гордо удалиться по садовой дорожке прочь, но задуманного не случилось. Едва я оказалась на ногах, Макс поднялся следом, поймал за талию и сковал в объятьях.
