Автор
На твердую сотню: Эмиль — обычный дипломат, но карта сверху указывает на смертельный долг. В метро он случайно встречает Лилу, девушку из другой жизни, и влюбляется в нее незаметно для самого себя. С каждым разом Эмиль оказывается в центре загадочной операции — и начинает задумываться о своих решениях ради любимой......
– Что с вами? Вам плохо? Дергаетесь, как паралитик, – напряглась она.
– Меня давно по кумполу не отоваривали, знаете ли. Возможно, и паралич наступил.
– Есть бог на свете, наказал, – довольно согласилась она,– Встать сможете? Вам бы больницу надо, а то тапки тут откинете, а нам потом полиции доказывать, что не мы вас… Вы зачем к нам сюда свою светлейшую персону привезли?
– Я? С романтической целью прибыл, ты меня в самое сердце кошельком… – развеселился я.
– Да? – Она так округлила губки, что меня снова коротнуло.
Ну язва мелкая, теперь я не я буду, но покажу, КАК я умею в романтические отношения!
Посмотрел на Лушу, решил, что хуже не будет, и прикинулся тапкой, которую, к ее разочарованию, пока не откинул:
– Абрикосик-джан, – умилился я.
– Вы к заводским настройкам вернулись, Барсов? – нахмурила она бровки.
– Ягодка ты вороватая, зачем так словами режешь по сердцу, неужели я тебя обидел чем? – продолжал я веселиться.
– Мамочка моя, мы Барсова сломали, – она спрятала лицо в ладони.
Вздохнула и тоскливо предложила:
– Пойдемте, посажу вас на автобус, он как раз возле поликлиники нужной останавливается.
– Я того врача душу топтал, не надо мне врач, сам без врача справлюсь. Машина за углом.
– Надо-надо, вам очень нужен врач, просто необходим, – заверила меня чертовка. – Вставайте, Барсов, вы нам тут всем не улыбаетесь в роли местного сумасшедшего, без вас народу хватает.
Она подхватила меня под руки и потянула на себя. Пришлось вставать.
– Давайте, до остановки три минуты пешком.
Я медленно поплелся за ней, но далеко не ушел. Пес Гром обежал меня, вставая посередь дороги ко мне спиной, и хитро на меня поглядывал из-за плеча.
Я попытался его обойти, но пес снова перегородил мне дорогу.
– Он что-то от меня хочет? – уточнил я у Лукерьи, глазки которой насмешливо сверкали.
– Алабаи, они по природе своей пастухи, – махнула она ручкой, – стада охраняют, не позволяют скоту сбегать.
– Я не понял: он меня барашкой своим назначил?
Глаза мои, кажется, впервые за долгое время встретились на переносице и не собирались возвращаться в привычное им положение.
– Как знать, – прыснула она.
– Я, по-твоему, на барана похож?
Она вздохнула, залезла в сумочку и выудила из нее конфетку. Бросила в меня и посоветовала:
– Дайте ему взятку.
