– Еда скоро будет готова, может, ты пока сходишь переоденешь его к празднику? Я купила милый костюмчик, он у него на комоде, правда, я не успела его погладить после стирки…
– Не переживайте, тетя, мне совсем не трудно, я поглажу, – успокоила я явно смущенную из-за того, что заставляет работать гостью, женщину. – Наш малыш должен быть самым красивым мужчиной, да? – улыбнулась я Пухляшу, который довольно прижался ко мне, лепеча что-то на своем тарабарском.
– Отлично, где комната, ты знаешь, чувствуй себя как дома.
* * *– Ты мой сладкий, – поцеловала я малыша, стоило нам оказаться в уединении в детской комнате. – Полежишь пару минут спокойно?
– Агу!
– Хороший мальчик, – положила я его на кровать, но тут он вновь уцепился за мой платок, из-за чего тот с легкостью слетел с моих волос, таща за собой еще и резинку. – Ах ты, хулиган! У тебя что, слабость к моим платкам? – рассмеялась я, слишком позабавленная его довольным видом, чтобы сердиться.
Радуясь, что гладильная доска и утюг всё время находятся в детской, я нажала на кнопку, чтобы утюг нагрелся, и взяла с полки ярко-желтый костюмчик, футболку которого украшал черный кораблик.
– Какой красивый наряд приготовила для тебя бабушка, – проворковала я, смотря на наблюдающего за мной Султана. Малыш игрался с платком, но то и дело проверял, тут ли я, что грело мне сердце.
Закончив с глажкой, я обнаружила, что он испортил подгузник, и аккуратно сняла с него одежду, решив быстренько искупать.
– Грязнуля, – поцеловала я его в носик, неся в ванную. – Папа наверняка искупал тебя вчера, но душ никогда не повредит, да? Ты же любишь купаться?
– Любит, – раздалось внезапно, пугая меня и заставляя притормозить.
Мурад
«Вот какого черта?!» – орал в голове голос, пока я с хмурым видом наблюдал за тем, как Алия с моим сыном на руках стоит у прохода, ведущего в ванную комнату. На девушке снова не было платка, длинные струящиеся по спине пряди волос выглядели точно так, как я и представлял.
– Ваша мама разрешила мне…
– Твоя, – автоматом поправил я ее, продолжая хмуро взирать на всю эту неожиданную красоту и женственность, явившуюся мне. Как только можно было скрывать всё это под своими бесформенными балахонами?! Это же преступление против всего прекрасного!
– Да, твоя мама попросила переодеть его…
– Всё в порядке, тебе не надо оправдываться, я зашел, потому что мама сказала мне, где вы. Я зайду позже, купай и переодевай спокойно, – ретировался я, слишком напуганный воздействием, что она оказывала на меня. Давно меня так не торкало от женщины.