Автор
Я, кукла Даша, теперь взрослею вместе с моим нежданным другом Егором, год назад я была лишь для одного прелюdiaна, а сейчас мы находимся в страстной и глубокой связи. Девятнадцать двушка — не магический порог, который меняет все. Теперь он принимает меня за взрослого человека, которого он уже любит....
Однако, когда кукла Даша раздвинула бедра, из-за чего его член снова вступил в контакт с ее промежностью, мужчина немного отодвинулся, спускаясь ниже, зацеловывая ее острый подбородок и нежную шею. Стоило дать себе волю и слегка сжать зубами манящий изгиб переходящий в ключицу, как Даша громким стоном дала понять, что совсем не против небольшой грубости."
"Голову словно заволокло туманом, он не видел и не слышал ничего, упиваясь только своими ощущениями. Упругая светлая кожа под его ртом быстро приобретала оттенок ее ярких губ и сосков, на которых он завис на долгое время, теребя сначала пальцами, а потом губами.
Мужчине было уже плевать на пульсирующий и истекающий член. Все отошло на задний план, когда он спустил с ее бедер штаны вместе с трусиками, открывая для себя маленькую гладкую киску. Такую абсолютно влажную и припухшую от потребности, что он с утробным рыком уткнулся в нее носом, втягивая в себя одурманивающий аромат. Только вцепившиеся в его волосы мертвой хваткой пальцы, оттягивающие его назад, помешали Егору попробовать ее на вкус.
— Егор, нет! — панически закричала Даша, глядя на него с ужасом.
Он убрал ее руки, перехватывая тонкие запястья и удерживая их, и медленно провел языком между ее нижними губками, слизывая терпкую сладость и глядя ей в глаза. Даша зажмурилась от стыда и уронила голову на подушку, забавляя его своей реакцией. Воспользовавшись ее смятением, он выпустил хрупкие запястья из хватки и, обхватив ладонями ее попку, приподнял повыше, раскрывая для себя, снова начавшую сопротивляться, девушку.
— Тшшш… Я все равно это сделаю.
Не теряя времени, он принялся тщательно исследовать языком и губами все складочки и углубления, в конце концов, начисто вылизав трепещущую плоть и ткнувшись кончиком языка в подрагивающий вход в ее тело. Жалобные всхлипы Даши лишь подстегивали его, заставляя заходить все дальше. Он толкнулся внутрь, получая еще больше ее влаги и блаженно прикрывая глаза.
