— Не казнили, но лишили всех чинов и пинком под… в общем, выгнали из страны.
— Ты закончил? — морщится учительница. — Мы вышли за рамки десяти минут.
— Да я практически закончил. Не буду говорить, что ещё один бизнес проект поэта — журнал "СОВРЕМЕННИК" — обанкротился очень быстро. Просто хотел добавить. Второй Александр Сергеевич, который Грибоедов, погиб, по всей видимости, с оружием в руках. Защищаясь вместе с миссией российского посольства в Тегеране.
Класс замолкает. Воцаряется звенящая тишина.
Мои слова перебивает школьный звонок.
После литературы — большой перерыв до следующего урока. Иду на школьный двор на турники. Во дворе натыкаюсь на Сяву и Белого. Серого почему-то с ними нет. Они косятся на меня, но продолжают обсуждать что-то своё. Ну да и шут с ними.
Выполняю пару комплексов на турнике, потом на брусьях.
Затем на школьный двор высыпают малыши, судя по всему, первый класс. У них уроки заканчиваются рано, но многие из них остаются в школе до прихода родителей. Учителя с ними гуляют, делают уроки, кажется, их ещё и кормят в столовой.
Боковым зрением замечаю, что Белый закуривает, оживлённо что-то доказывая Сяве и жестикулируя, подобно вентилятору.
Странно. Разве это разрешено? Обычно все специально идут для этого за трансформаторную будку.
Учительница первого класса подходит к ним и пытается сделать замечание, но разговор заканчивается ничем.
Что-то явно не то с этим лицеем. Ладно, я не ленивый. Подойду.
— Красавцы, спрятали сигареты или свалили нахер отсюда. Сейчас.
— А ты не много на себя берёшь? — косится на меня Белый. Сява напрягается.
— Белый, я бы, может, и поговорил с тобой. И о философии, и о месте в жизни каждого из нас, — пытаюсь не начинать рукопашную при всех первым. — Но есть проблема. Ты не считаешь людьми никого, кроме себя. Как и наша директриса, кстати… А я не считаю человеком тебя.
— Ха, а кто он тогда? — подключается к разговору Сява.
— Как и ты. Животные. Умные, умеющие говорить, с удовольствием потребляющие материальные блага, животные. И в этой связи, вам не нужно ждать к себе отношения, как к людям. По крайней мере, от меня. Пока я тут, вы никому жизнь портить не будете, — не повышаю голоса, чтобы происходящее со стороны на конфликт не походило никаким образом. Ну стоят старшеклассники, просто разговаривают, мало ли. — Сейчас я досчитаю до одного. И если сигарета не исчезнет, ты её проглотишь вместе со своими руками.
