А они мне: «Если у него потом будет СПИД? Вы сядете в тюрьму?»
«Хорошо, пишите расписку, сейчас принесу бумагу», — разворачиваюсь и иду в ординаторскую.
Там буквально напарываюсь на Сергея: «Лена, чего злая?»
«Да за-бали уже, думают, я хочу СПИДом их сына заразить. Сейчас напишут расписку, и можно к мальчику больше не подходить…»
— И чем закончилось? — спрашиваю осторожно.
— А то! В итоге убедила… И вообще, Мелкий, хватит тормозить. Погнали!
— Кого? — не могу быстро переключиться с её рассказа на новые вводные.
— Вот же дурень… — Лена берёт меня за руку и ведёт в сторону большой спальни.
На плавание я, в итоге, и сегодня не попадаю. И даже в зал к Сергеевичу опаздываю.
Сегодня Сергеевич всех разогнал пораньше, и грузит только нас с Вовиком. Вернее, Вовик в углу на подвижном мешке из раза в раз повторяет какую-то заковыристую комбинацию, смысла которой лично я, в силу отсутствия опыта, просто не понимаю.
Сергеевич периодически бросает взгляд на Вовика и довольно щурится. Вовик при этом стучит в ритме метронома, даже не делая перерывов между раундами.
Тем временем, со мной продолжается экзекуция лапами. Всё как в прошлый раз. Сергеевич, видимо, действительно разглядел во мне какой-то никому не понятный потенциал и решил из меня сделать пока не понимаю кого.
— Ай! — лапа снова прилетает мне в глаз.
— А это он снова стойку сменил, — ехидно говорит Сергеевич в который раз.
Из угла в перерыве между буханьями по мешку раздаётся голос Вовы:
— Сергеич, да не бывает амбидекстеров!
— Так, а ну быстро сюда! — злится Сергеевич. После этого стаскивает с меня рукавицы и, натягивая их на себя, прямо с ринга кричит Вовику:
— А ну свои надел и быстро сюда!
Через минуту Вовик, обескуражено почёсывая правой рукой подмышкой левой, стоит напротив Сергеевича в рукавицах и спрашивает:
— Вольный бой. Один раунд. Вполсилы, мне всё же шестьдесят, — бурчит Сергеевич и, не надевая капы, делает шаг вперёд, становится в стойку левши и командует, — БОКС!
Через один раунд мы с Вовиком уважительно смотрим на Сергеевича. Нам обоим понятно, что, будь Сергеевич лет на тридцать моложе, Вовику сейчас было бы не так весело.
— Сергеич, а я так смогу? — в приливе эмоций сверкает глазами Вовик. — А сколько надо тренироваться? А вы долго на левостороннюю переучивались?
Сергеевич пресекает словесный шквал скрещёнными над головой руками:
— Слезли с ринга и ко мне.
Затем выдает нам по пять мячей от большого тенниса и говорит:
Первым бросает Вовик.