Автор
В сердце заброшенного квартала красных фонарей жар и гам окутывают, словно в другой стране. Ночь прогремела первым звуке — детский смех и восклицания, заставляющие кровь бить быстрее. Тышь и боль совмещаются на грани стыда, смущения и ненависти к самой себе. В этот миг путь позора становится неотъемлемой частью тебя, но внутри ты остаешься ясной — горькой от слез....
Что за идиот был за рулём газели этой, а?? Засужу! Всё мне выплатит, подонок!"
"Перед глазами, словно в насмешку, стали возникать картины происходящего. Аудиокнига, сумерки, слепящие фары и машина, которая ехала прямо на нас, обочина и мы перевернулись. Истошный крик Мишки я запомню на всю оставшуюся жизнь, но сейчас, чтобы его увидеть, мне необходимо было дождаться этого Артёма Николаевича…
Где носит этого доктора? Неужели нельзя чуть побыстрее?
Бормотала я скорее от безысходности. Дикое беспокойство за ребёнка, ужасное собственное состояние, всё наложило отпечаток, вызвав у меня отвратительное поведение.
Хотя мне было совершенно не стыдно и любая женщина меня поймёт. Когда что-то кошмарное случается с твоим ребенком, тут не только будет наплевать на собственное здоровье…
От мыслей меня отвлёк звук открывшейся двери и знакомый голос… Он принадлежал тому врачу, который подхватил меня на руки и держал, пока мне кололи успокоительное и снотворное.
Повернув голову, я застыла, не в силах сказать ни слова.
Мои лечащим врачом оказался Смирнов Артём Николаевич. Подонок, разрушивший мне жизнь.
Глава 6
Сил не было.
Вереница пациентов, которая начиналась отсюда и до конца коридора вселяла скорее апатию, чем гордость за самого себя. Да, я мог себе позволить не работать в бесплатной поликлинике, но никак не мог заставить себя бросить людей.
Зачастую здесь нет хороших специалистов, а позволить себе кого-то другого город не мог. Те, кто как и я, переживал душой, работали бесплатно, в собственные выходные, исключительно ради благодарности больных.
Мне удавалось принимать пациентов всего раз в неделю, но после такого приёма я был выжат, как лимон. Вот как сейчас. Время всего одиннадцать, а очередь не становится меньше.
О моём приёме обычно сообщали сильно заранее, а поэтому популярностью пользовалось необыкновенной. Люди, со всеми своими болячками шли ко мне, в надежде не исцеление, но чаще всего я уже не мог сделать для них ничего больше.
– Артём Николаевич, может перерыв? – уточнила Лиза, моя бессменная помощница-медсестра. Не будь её рядом, я бы сошёл с ума от документации. – Вы даже в туалет не выходили, давайте отдохнём?
– Ты, как обычно, очень внимательна к моим потребностям. – С улыбкой произнёс я, соглашаясь с женщиной.
Лиза начала со мной работать с самого первого дня.
