Как я понимаю, такое часто случается с людьми в моем возрасте, а поскольку в наши дни до моих лет доживают многие, докторам приходится постоянно сталкиваться с подобными проблемами. Нет никакой необходимости приезжать ко мне прямо сейчас, но, думаю, ты все равно захочешь приехать. Нужно обсудить кое-какие детали.
Люси почувствовала холод где-то внизу живота.
– Какого рода детали?
Уже накачанная валиумом, или морфием, или что там они в нее вкололи, Кончетта нисколько не волновалась.
– По всей видимости, перелом бедра – наименее серьезная из моих проблем.
Она объяснила, в чем дело, на что ушло совсем немного времени. Закончила словами:
– Только не говори ни о чем Абре, cara. Я получила от нее десятки электронных писем и даже одно настоящее, и, кажется, ей хорошо в летнем лагере. Пусть узнает как можно позже, что старушка Момо завершает свой земной путь.
Люси подумала: И она всерьез считает, что от Абры можно что-то скрыть?
– Для того чтобы прочитать твои мысли, не обязательно быть экстрасенсом, amore. Но вдруг случится так, что на этот раз плохие новости не дойдут до нее?
– Что ж, может быть, – сказала Люси.
Она едва успела положить трубку, как телефон снова зазвонил.
– Мама? Мамочка! – Это была Абра, и она плакала. – Я хочу побыстрее вернуться домой. У Момо рак, и я хочу домой.
3Вернувшись досрочно из летнего лагеря «Тапауинго» в штате Мэн, Абра получила прекрасное представление о том, как живут ее сверстники, чьи родители развелись. Они с мамой провели две последние недели августа и первую неделю сентября в квартире Четты на Мальборо-стрит. Старушка сравнительно легко перенесла операцию на бедре и отказалась задержаться в больнице, равно как и отказалась от лечения рака поджелудочной железы, который нашли у нее медики.
– Никаких таблеток, никакой химиотерапии. Девяносто семь лет! Я достаточно пожила на этом свете. Что касается тебя, Люси, то я запрещаю тебе проводить следующие шесть месяцев, принося мне на подносе в постель еду и лекарства. У тебя есть своя семья, а я вполне могу позволить себе нанять круглосуточную сиделку.
– Ты не проведешь последние дни своей жизни в окружении посторонних людей, – возразила на это Люси тоном, который не допускал ни малейших возражений.
Абра и ее отец знали, что спорить с ней после этого бесполезно. Не решилась ей перечить и Кончетта.
Вопрос местонахождения Абры даже не обсуждался. С девятого сентября у нее начинался учебный год в восьмом классе средней школы Эннистона. Так сложилось, что Дэвиду Стоуну как раз предоставили творческий отпуск для написания давно задуманной книги, в которой он проводил анализ «бурных двадцатых», сравнивая их с «неистовыми шестидесятыми».