В холодных зимних ночах, когда шум города окутывал тебя как густой туман, ты начинаешь слушать дремучие песни ритм-гитары из старых записей. В этот момент Доктор Сон - таинственный композитор, чьи инструментальные произведения исчезают в бескрайних пространствах телевизора. Это не просто музыка: это ожившая призрачная личность, которая проникает прямо в твое сознание и меняет реальность....
Отправляясь в свое новое жилище, Дэн прихватил ботинки с собой. К тому времени ветер уже начал набирать силу и солнце скрылось. Еще утром во Фрейзере готово было наступить лето. К вечеру лицо обжигал сырой холод надвигавшегося снегопада. Городские улочки опустели, окна домов укрылись за ставнями.
Дэн свернул с Морхед-стрит на Элиот и замер. Вдоль тротуара вместе с остатками прошлогодней листвы ветер катил поношенный цилиндр – шляпу фокусника. Или, быть может, актера из старой музыкальной комедии, подумал он.
Он зажмурился, медленно сосчитал до пяти, чувствуя, как усилившийся ветер полощет джинсы вокруг икр, а потом снова открыл глаза. Листья остались, но шляпа пропала. Это снова было сияние, порождавшее живые, тревожные, но, как правило, невразумительные образы. Сияние всегда усиливалось, если он какое-то время не пил, но никогда прежде не проявлялось так ярко, как с момента его прибытия во Фрейзер.
Как «Оверлук».
– Нет, – сказал он. – Нет, я в это не верю.
Пара стаканчиков, и все придет в норму, Дэнни. В это ты веришь?
К сожалению, он верил.
9"
"Дом миссис Робертсон был построен в хаотичном колониальном стиле, и из окна комнаты Дэна на четвертом этаже открывался вид на запад, на горы.
Первый снег выпал тогда ближе к закату. Мы стояли на террасе перед входом в тот огромный пустой отель: отец – в центре, мама – по одну сторону от него, а я сам – по другую.
Дэн попытался блокировать образ, но тот пробился сквозь его защиту.
…тех зверей из живой изгороди. Тех самых, что могли двигаться, когда никто на них не смотрел.
Он отвернулся от окна, чувствуя, как руки покрылись гусиной кожей.
