В холодных зимних ночах, когда шум города окутывал тебя как густой туман, ты начинаешь слушать дремучие песни ритм-гитары из старых записей. В этот момент Доктор Сон - таинственный композитор, чьи инструментальные произведения исчезают в бескрайних пространствах телевизора. Это не просто музыка: это ожившая призрачная личность, которая проникает прямо в твое сознание и меняет реальность....
– Она говорила легко, почти весело, но Джону показалось, что в ее голосе он улавливает некоторую тревогу. Впрочем, они оба выглядели немного встревоженными. – Расскажи все и начни с той ночи, когда она начала плакать и никак не могла остановиться.
5Дэвид Стоун уже десять лет преподавал на старших курсах университета историю США и европейскую историю XX века, а потому прекрасно умел построить свой рассказ в соответствии с четкой внутренней логикой. Свое повествование он начал с того факта, что небывалый по продолжительности плач их тогда совсем крошечной дочурки прекратился практически в тот самый момент, когда второй самолет врезался в башню Всемирного торгового центра.
– В своем сне Люси нашла Абру на полу туалета в самолете. Я же обнаружил ее в охваченном огнем торговом центре. Это само по себе может привести вас к определенным выводам. Или нет. Лично мне эти номера рейсов кажутся весьма убедительными.
Джон Долтон прекрасно помнил утро 11 сентября и нескончаемый крик Абры.
– Давайте говорить прямо. Вы полагаете, что ваша дочь, которой тогда едва исполнилось пять месяцев, предчувствовала трагедию и при помощи телепатии – условно назовем это так – посылала вам предупреждения?
– Да, – сказала Четта.
– Я понимаю, как это звучит, – продолжал Дэвид, – и потому мы с Люси никому ни о чем не рассказывали. Не считая Четты, разумеется. Люси с ней всем поделилась в ту же ночь. У нее от Момо нет тайн.
Он вздохнул. Кончетта в ответ окинула его ледяным взглядом.
– А у вас самой не было схожего сновидения? – обратился к ней Джон.
Она покачала головой.
– Я была в Бостоне. Вероятно, за пределами… Даже не знаю, как это назвать. За пределами ее зоны вещания, что ли?
– С той ночи минуло почти три года, – заметил Джон.
Произошло много чего, но теперь, после того как он сумел рассказать о первом (и самом невероятном) случае, говорить Дэвиду стало гораздо легче.
– Следующим был случай с пианино. Вы знаете, что Люси музицирует?
Джон помотал головой.
– Ну так вот, она играет на пианино. Еще со школьных лет. Она, конечно, не великий пианист, но владеет инструментом вполне прилично.
