У меня вон Мелкий сутки на ногах, а у него сейчас сексуальный период. — Видя непонимание, Лена поясняет, — Ну он вначале плавает. Как марафонец.
— Только по пять — шесть кэмэ, — скромно поправляю.
— Потом у него бокс, потом — его работа. Ещё он меня кормит.
— Я в восхищении! — широко открывает глаза Асель и демонстративно всплескивает в ладоши. — Значит, все дотации твоих родителей, сестра, теперь могу взять я?!
Они смеются чему-то своему, мне пока не известному.
— Э-э-э-э-э, стоп! Он у нас есть готовит! Каждый день, вкусно, помногу и разное. Ну и в другом смысле тоже, кормит, да, но мы с ним это ещё обсудим. — Лена тяжело опускает ладони мне на плечи. — Да, дорогой?
— Куда ж я денусь от такого напора, — бормочу.
— Лен, так ты чё, ты сегодня опять не домой? После смены? — почему-то волнуется Асель.
— Эм-м-м… Как бы это поделикатнее, — трёт нос Лена. — Ася, в общем, я переехала к мелкому.
Не понимаю, что происходит, но по Аселе видно, что для неё это очень неприятно. В слёзы она не кидается, но не нужно быть эмпатом, чтоб увидеть резкий провал чуть не в депрессию.
Я понимаю, что я чего-то не понимаю, потому встаю, беру Асель за ладонь, смотрю в глаза и спрашиваю:
— А в чём проблема? Что не так? Она — взрослая девочка, это же нормально. ТЕБЯ что расстраивает?
— Э, Мелкий, а ну убрал руки! — Лена отрывает мою руку от Аселиной и смешно толкает животом на шаг назад. — Ася, я расскажу ему?
— Давай, — в полупрострации соглашается Асель.
— В общем, Аселе тут местами негде жить. Раньше было. Здесь — это в этом городе. По ряду карьерных, материальных и визовых вопросов, эту работу она оставить не может. И ещё какое-то время не сможет, даже если её книгу в Китае издадут и все деньги принесут ей, перевязав верёвочкой. С института, когда я загуляла в процессе развода, меня колбасило и штормило серьёзно. Как-нибудь расскажу, что я на том этапе перепробовала, в общем, вспоминать не охота. Неприятный период, чего уж. Я ж тогда ушла в академку и со связи. У всех одногрупников резко сократился доступ к возможностям моих родителей — я ж с горизонта испарилась. Оказалось, что это было главной причиной нашего общения, мои родители, в смысле. Из всей группы только Асель не перестала со мной общаться. Ну и на каком-то этапе помогла выйти из той психологической жопы, в которую я сама себя чуть не загнала.
— Потом вышло так что мне негде было жить, — подключается успокоившаяся Асель. — А у Ленки — огромный домина, ещё флигель. Их там всего трое.
