Я находилась где-то между реальностью и сном, ощущая дыхание ветра на лбу и жажду так сильной, что казалась ярким светом. Тело словно камень обвалился внутрь меня, а кожа — тканью, которая стонала под невесомостью. Моя единственной мыслью было добраться до воды и выпить все сразу, ожидая моментального излечения от этой невообразимой усталости....
Но их давно никто не видел. Говорят, такие люди приносили в наш мир несчастья и беды.
На этих словах я даже сникла.
— Почему?
— Обычно начинался хаос, перемены…
— Но перемены могут быть и хорошими. И вообще, ты дальше деревни где-нибудь бывал?
Котофей посмотрел так, будто я утомила его своей болтовней.
— Я много где бывал, тебе-то что? А сейчас решил отдохнуть, остепениться. Может быть, котят завести. Вот только мальчишку отпускать одного не хотелось, бедовый он. А с такой, как ты, вообще пропадет.
Что бы про котов ни говорили, вовсе они не эгоисты.
— Слушай, а ты, случайно, не фамильяр? Просто в книгах, которые я раньше читала, у ведьм были черные коты-фамильяры. Вот как ты, — и, подумав, решила сделать Угольку приятное: — Такие же умные, сообразительные, эээ, смелые…
Уголек презрительно фыркнул и улегся, обняв себя пушистым хвостом.
— Не подлизывайся.
И замолчал. Но мне очень интересно было выведать правду.
— Ну скажи, Уголек. Ты фамильяр или нет?
— Отстань. Я слишком стар и ленив для всего этого.
Меня развеселил его ответ. Я подперла голову рукой и продолжила допрос:
— Ладно, не хочешь, не отвечай. Лучше расскажи больше про магию. Какие виды бывают, как ей вообще пользуются?
— Ты слишком торопишься, ммм…
— Аннис, — напомнила я. — Или просто Аня.
— В тебе действительно есть зачатки магии, но невозможно сказать, владела ли ей прошлая хозяйка тела, или она связана с твоей душой. Ты ведь в своем мире была лекарем?
— У нас меня называли врачом, но смысл тот же.
Показалось, что кот захихикал, а потом я услышала его полный сарказма голос:
— Ну что ты, Аня, как маленькая. Даже великие маги не могли путешествовать из мира в мир.
Я не сразу смогла смириться с чудесной новостью. За ночь прошла пять стадий принятия неизбежного и уснула лишь под утро. Не скрою, все это грустно и страшно, но было бы во сто крат хуже, если бы дома меня кто-то ждал. Я не оставила там ничего, кроме неоплаченных счетов за прошлый месяц и работы.
Всю жизнь я прожила с бабушкой.
