Автор
Вот и настало это «потом» — время непрерывной череды расследований, без выходных и часто по двадцать четыре часа в сутки. Я обещала себе отдохнуть потом, высплюсь потом, наведу порядок в квартире тоже потом. Но ЖЭК напутал квитанции за коммуналку — и теперь мне придется доказать свою невиновность в самых загадочных и тревожных событиях....
Достав пачку, он помял ее в руках, затем убрал обратно и спросил:
– А кто им захотел бы поинтересоваться? Он тоже не криминальный был.
– Ну я не знаю, может, многочисленные родственники или знакомые не могли его поделить… Вдруг не только вдове, но и еще кому-нибудь хотелось взять на себя расходы на его похороны?
– Иванова, ты вообще в себе?! Я тебя сегодня просто не узнаю. Задаешь какие-то дурацкие вопросы.
Проглотив этот «комплимент», я уточнила:
– Шура, значит, ты никакой суеты вокруг тела Семена Краснощекова не заметил?
– Нет, не заметил.
– Подожди! А как же гонорар?
Шура остановился, оглянулся на меня и спросил:
– За что? Я тебе ничего не сказал.
Шильдиков зашагал широким шагом к автобусной остановке. Я смотрела ему вслед и ничего не понимала.
Нет, все-таки мы очень сильно отличаемся от мужиков! Если мы меняем в жизни что-то одно, то у нас начинается настоящая цепная реакция обновления, в результате чего изменяется и все остальное. А Шура сел в старых штанах в новое авто и на педаль газа поставил стоптанный ботинок.
Откровенно говоря, я не могла представить Шильдикова женатым человеком и уж тем более отцом. Может, он здесь просто подрабатывает? Раздираемая любопытством, я остановила машину в неположенном для стоянки месте и пошла за Шурой, который уже успел скрыться за углом здания.
