Я — ПОНЯТИЕ РАСТЯЖИМОЕ Видения проносились в голове невероятным калейдоскопом: отчаяние тысячи искр, жестокий грохот, холодный лед, дрожь мелкой пенаючей дрожью по всему телу. Затем — напряженная тишина, как морской прилив, захлебывающая волна ощущений.
Тот, не переставая кашлять, изобразил что-то заковыристое рукой, и тут же откуда-то выскочили двое и утащили синего дворецкого. Махнув нам приглашающе рукой, Мэгам скрылся в одной из комнат. То ли мы не заметили, куда он зашел, то ли просто ошиблись дверью, но ввалились в комнату с большой кроватью под балдахином, в ней еще были всякие там столики с кучей бутылочек и бутылок, куча зеркал и кто-то под одеялом с головой.
— Не понял, мы что, не вовремя? Вы что, больны? Так вроде одетый только что были? — в полном удивлении обернулся я к своим.
"В этот момент «больной» откинул край одеяла. Нашим глазам предстало очаровательное женское личико в ореоле волнистых волос, рассыпавшихся по подушке. Несколько секунд это создание молча разглядывало нас, а затем раздался такой визг, что я даже подпрыгнул на месте от неожиданности. Почти сразу же открылась боковая дверь, и в комнату влетел Мэгам.
— Не понял, а она что тут делает? И почему визжит? — в полном офигении спросил я, глядя на верещащую даму.
Лорд закашлял еще сильнее, подскочил ко мне и, схватив за руку, потащил к двери.
— Слушайте, лорд, у вас в доме что — эпидемия? Правда симптомы все разные, и странные какие-то. Может, мы попозже зайдем, а вы уж тут бригаду врачей вызвали бы на всякий случай, — настороженно проговорил я, глядя, как судорожно кашляющий лорд пытается налить что-то из бутылки в бокал.
После моих слов кашель стал сильнее. Рука с бутылкой дернулась, зацепила бокал, тот опрокинулся, выплеснув содержимое частично на пол, частично на штанину лорда.
— По-моему, и этот синеет. Говорил я — эпидемия, — и выглянув в коридор, закричал. — Эй! Есть тут еще кто живой и не синий? Лю-у-уди-и! Вашему лорду плохо, и вообще в доме творится что-то странное… — Я подошел к лежащему под столом хозяину: — Слушайте, в вашем сумасшедшем доме никого нет, вымерли уже, наверно. Мы, пожалуй, пойдем, но если кого живого найдем — пришлем к вам обязательно.
