- Я возьму вину на себя! Если боитесь, можете выйти из операционной! – выпалил Дима, понимая, что вот-вот и будет поздно.
- Асистолия! Отошли от стола! Атропин! - скомандовал анестезиолог и начал непрямой массаж сердца.
Бестемьянов и Дмитрий смотрели на монитор, но ритма не было. В это мгновение в голове Димы пульсировала лишь одна мыль: во чтобы ни стало, я должен его спасти!
«Борись! Черт тебя побери! Борись! Дай шанс тебя вытащить!» - мысленно молил брата Дима.
- Разряд! Еще! – не прекращал реанимации Денис, - Все, есть ритм, давление сорок на двадцать, работаем!
- Зажимай печень! – согласился Бестемьянов, хотя в этот момент Диме было уже все равно, он в любом случае сделал бы это, будь Бестемьянов хоть сто раз против.
- Зажал к диафрагме, - тут же отозвался Уваров.
- Вижу разрыв в левой доле, шьем! – с облегчением выдохнул Никита Валентинович, - Последний шов, все, отпускай.
Дима убрал руки и выдохнул, кровотечение прекратилось.
- Давление девяносто на шестьдесят, молодцы, спасли парня, - улыбнулся под маской Денис.
- Все, восстанавливаем кровопотерю и в реанимацию его, - сказал Бестемьянов и вышел из операционной.
Руки у Никиты Валентиновича дрожали, и он понимал, что если бы не Дмитрий с его авантюрной идеей и уверенностью в своих силах, то парень был бы мертв. Бестемьянов зашел в туалет и умылся холодной водой. В коридоре перед оперблоком, как он и предполагал, его уже ждал Гаврилов.
- Вы оперировали моего сына? – тут же подскочил к нему Стас.
- Да, Станислав Олегович, мы провели операцию, не скажу, что все прошло гладко, травмы очень серьезные, была остановка сердца, но сейчас его жизни ничего не угрожает, - быстро и по существу ответил Никита Валентинович.
- Спасибо вам, - пожал руку заведующему Стас, - Мне сказали, что вы хирург от Бога, так и есть.
- Ну, честно говоря, это не моя заслуга, это заслуга нашего молодого и очень талантливого хирурга, который, надеюсь, в скором времени заменит меня на посту заведующего и даст мне, наконец, уйти на заслуженный отдых, - честно ответил Бестемьянов.
- Можно его увидеть? Я хотел бы выразить ему свою благодарность. Как его зовут?
- Уваров Дмитрий Константинович, - отрапортовал завотделением и заметил, как Гаврилов изменился в лице.
- Уваров? – как-то оторопев, переспросил Гаврилов.
- Да, а что-то не так? – не понимая реакции Станислава Олеговича, обеспокоился Бестемьянов.
- Да нет, все хорошо, - взял себя в руки Стас, - А Дмитрий Константинович знал имя пациента?
- Да, а что-то не так? – не переставал удивляться Никита Валентинович вопросам Гаврилова-старшего.
- Знал с самого начала?
- Ну, практически, да.
- И он спас его? – переспросил Стас.
- Да, ситуация оказалась критической и Дмитрий Константинович рискнул под свою ответственность.