Нам пришлось продвигаться просто крошечными приставными шажками, по десять сантиметров за раз, останавливаясь, вымеряя каждое движение. Долго, нудно, мучительно.
Нервы уже ни к черту. Хотелось в два прыжка преодолеть это расстояние и сбежать отсюда. Еще этот второй Бакс покоя не давал.
Это что же такое получается? Ни хрена это не уникальный экземпляр, а вездесущий made in chine? Обидно, блин.
Кое-как доползли до лестницы и стали подниматься.
Кривое сооружение подозрительно накренялось все сильнее с каждым нашим шагом, заставляя каждый раз сердце замирать. Поэтому когда мы, наконец-таки выбрались через люк на крышу, я не смогла удержать судорожного вздоха. Перед нами во тьме лежал центральный район города. Из света - только фары проезжающих автомобилей. К сожалению, любоваться красотой ночи было некогда, ноги нужно уносить.
Свежий воздух взбодрил, внес ясность в неспокойные мысли. Дальше действовали быстро, слаженно и без осложнений.
Небольшая перебежка до пожарной лестницы, спуск, прыжок с двухметровой высоты, отдавшийся резким уколом где-то в боку, бросок в сторону кустов и трехсекундная передышка, чтобы убедиться, что поблизости никого нет. Потом бег, долгий, изнуряющий по темным, без единого фонаря и светлого окошка улицам. Маски, перчатки и приборы ночного виденья на ходу рассовали по карманам, по спинам при каждом шаге стучали рюкзаки и в каждом, твою мать, по Баксу.
На шаг перешли только когда сил уже совсем не осталось, а дыхание превратилось в рваные, хриплые полувздохи- полустоны."
"- Все, не могу больше,- промычала Вика и остановилась, уперевшись руками в колени,- сейчас помру.
Я хотела ей что-то ответить, но вместо этого издала какое-то непотребное бульканье и хрип. Радужные круги в глазах и боль в боку, добавляли пикантности ситуации.
Пару минут мы потратили на то, чтобы отдышаться, потом попытались придать себе более-менее непринужденный вид и поковыляли в сторону дома. Вызывать такси или ловить попутку не решились, так что путь перед нами лежал долгий.
- Что же это получается? Их два?- озвучила Виктория вопрос, который в данный момент волновал обеих.
-Получается.
- И как это понимать?
- Да никак. Просто один хитрожопый американец, увидел где-нибудь на рынке красивую дешевую безделушку и купил ее, а потом подумал и купил еще одну про запас, на тот случай если первая сломается. Потом решил срубить бабла и представил статуэтку как безумно редкий, уникальный шедевр искусства. Не удивлюсь, если где-нибудь еще пару сотен таких шедевров нераспроданный валяется,- с досадой проворчала я,- а может там, в хранилище, еще парочка есть. Завтра обнаружат пропажу и выставят новенькую фигурку, как ни в чем не бывало.