Автор
В холодном московском дожде ты отправляешься с ребенком на прогулку, когда внезапно обнаруживаешь шкатулку в углу коридора. Это запомнившаяся вещь — нечто, что всегда должна была быть у тебя рядом. Мрачная история о связи и взаимопонимании начинается здесь, словно сюжет из тихого детского сновидения превращается в напряженную драму....
Похоже, «Долго тебя ждала» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Приоткрыв рот, я наблюдаю за тем, как пышногрудая блондинка поднимается со стула и встает у Зотова за спиной. Проведя руками по его плечам начинает плавно массировать его шею и голову, на что Марк прикрывает глаза и роняет на грудь голову.
Мне кажется, я слышу его удовлетворенное урчание. Оно просто звенит в ушах, а глаза застилает красная пелена.
Вскакиваю с места, как ошпаренная.
— Черт… — лепечет Таня.
Сдернув со спинки стула свою куртку и сумку, пересекаю зал с убийственной целеустремленностью. Как ураган, от которого лучше держаться подальше!
Женщина смотрит на меня удивленно, когда возникаю перед столом и роюсь в сумке, пихнув в нее руку по дороге.
— С Наступающим, — объявляю, швыряя на стол разноцветные носки, которые купила для него сегодня.
Марк распахивает глаза, выпрямляясь так резко, будто по его позвоночнику ударил электрический разряд.
— Блядь… — выдыхает. — Успокойся… — говорит с нажимом.
Это выводит из себя еще больше.
— Пошел ты! — шиплю в его лицо.
— О… твою мать… — обреченно прикрывает глаза.
— Это тоже тебе, — бросаю на стол пакет со сладкими орешками, которые он обожает. — Хорошего дня!
Развернувшись на пятках, я несусь к выходу, слыша оглушительное рычание за спиной:
— Аглая!
Глава 31
На улице снег и ветер. То и другое ударяют в лицо, как только обеими руками толкаю входную дверь кафе и выскакиваю на улицу, на ходу умудряясь одеться.
Дверь за спиной хлопает. Не нужно гадать, почему она хлопает снова через секунду. Этот звук тонет в гуле проезжающих мимо машин и шуме города, но я все равно его слышу.
Мои эмоции многокомпонентные, но прежде всего в эту минуту голову дурманит гнев, из-за которого перед собой почти ничего не вижу. И с трудом ощущаю. Ощущения лавиной накрывают только тогда, когда вокруг моего локтя смыкаются жесткие пальцы и дергают назад, принуждая волчком развернуться на месте.
Глаза Зотова горят шквальным огнем, когда сталкиваемся взглядами, но я не сомневаюсь — гореть сейчас сильнее меня он просто не может.
На нем нет ни куртки, ни шапки, и ветер треплет его отросшие, немного завивающиеся волосы. Волшебное свойство. Да, именно то, о котором я узнала не так давно, ведь, встречаясь с Марком Зотовым целых полгода семь лет назад, я ни разу не видела его с другой прической, кроме как с коротким армейским ежиком.
— Чего тебе?! — приподняв подбородок, рявкаю ему прямо в лицо. — Хочешь сказать, что я не о том подумала? — смотрю на него с вызовом.
