Денег, которые я получаю в виде алиментов, мне хватает, но меня уже тошнит и от «Марокко», и от «Аист-клуба», и от одних и тех же приевшихся физиономий. А тебя разве нет? Или тебя все еще несет на крыльях вечной любви и преданности Нью-Йорку?
Анна отрицательно покачала головой.
– Нет, я стала как-то равнодушнее к этому городу после того, как уехал Лайон. Я прочла в «Тайме», что его книга выходит через месяц. Вероятно, сейчас он работает над второй.
– Ты была с кем-нибудь близка за это время?
– Нет, я не могу. Понимаю, это звучит глупо, но я все еще люблю Лайона.
Анна
январь 1948
В день своего отъезда Клод закатил трехчасовой завтрак в «21». Когда приехала Анна, все было в самом разгаре: на столе возвышалась большая банка иранской паюсной икры и неизбежное в таких случаях шампанское в ведерке со льдом. Сияющая Дженифер выступала в роли радушной хозяйки стола перед Клодом, его приятелем Франсуа и еще одним человеком, которого Анна раньше не встречала.
– Меня зовут Кевин Гилмор, – представился незнакомец.
Дженифер улыбнулась.
– Ты, Анна, наверняка слышала о Кевине Гилморе. Он – владелец фирмы «Гиллиан Косметикс».
– Конечно. У вас отличная продукция. – Она положила себе еще икры.
– Вы тоже собираетесь в Париж? – спросил он.
– Нет, это Дженифер не терпится стать новой сенсацией Франции.
– Она возьмет Париж штурмом, – сказал Клод с сильным акцентом. – Но пожалуйста, Анна… я целиком полагаюсь на тебя в том, чтобы она села на пароход. Она должна быть там к концу месяца.
Весело расхохотавшись, Дженифер крепко прижалась к Клоду.
– Я буду там сразу же после того, как получу паспорт и кое-что улажу.
– Ну разве это не замечательно? – обратилась Анна к Кевину, стараясь скрыть, что она не испытывает никакого энтузиазма по этому поводу.
– Да, вероятно. У вас свои зубы?
– Что-о?
– Свои? Или вставные?
Анна улыбнулась. Его прямота обезоруживала.
– Зубы у меня свои, а что?
– А волосы?
Она почувствовала, что краснеет.
– Естественные, – тихо ответила она.
– Это я знаю. Я достаточно разбираюсь в оттенках волос, чтобы понять это. Но неужели все они – ваши? – Он незаметно для остальных подергал ее длинные волосы. – Я имею в виду, вы не носите парик?
– Что-что?
– Парик. Чужие волосы, более густые.
– А зачем мне это?
Он неожиданно улыбнулся. Эта улыбка совершенно не вязалась с его дерзкими вопросами. Робкая, застенчивая улыбка.
– Затем, что большинству девушек он просто необходим, чтобы выглядеть вот так. – Он печально покачал головой. – Это самая большая трудность, когда ищешь подходящую девушку, – то у них хорошие волосы, но отвратительные зубы, то хорошие волосы и зубы, но никуда не годный нос. А у вас, по-моему, все идеально.