Автор
В Нью-Йорке Анна находит работу в секретarial bureau, и вдруг видит знакомую девушку из другого города — она узнает, что там работает как куклы. А происходящее в "Долине Кукол" уходит гораздо дальше обычного городского шума и тусовок.
Когда Лайон придет, она уже будет спать и ничего не сможет ему передать. Да, она оставит ему записку, что приняла лекарство в двенадцать. Ну-ка, сколько сейчас? Пятнадцать минут второго. Раз она накачалась пилюлями, то будет вполне естественно, что к его приходу она забыла о звонке Анны. Наверное, он сразу же уснет. Или, может быть, раз она будет спать, отправится к своей паршивой жене с ребенком. А-а, черт. Она проглотила три капсулы, запив их бокалом виски. О’кей, пусть сходит домой на одну ночь, зато все остальные проведет вместе с нею.
…Ребенка срочно доставили в больницу в два часа ночи. Врач наконец-то заступил на дежурство, оповестив об этом службу информации. Вначале опасались, что это полиомиелит, но окончательный диагноз гласил – воспаление легких.
Обнаружив, что Нили спит, Лайон побрел домой. К его удивлению, повсюду горел свет, но Анны нигде не было. Заплаканная служанка, запинаясь, сообщила ему, что случилось. Выбежав из квартиры, он бросился в больницу. Анна, бледная и перепуганная, сидела в приемном покое.
– Что с ней? – спросил он.
– Ей дали кислородную подушку. С нею две медсестры. Меня в палату не пускают.
– Я работал с композиторами и сценаристами над новой темой для Нили. Засиделись допоздна, а когда я пришел домой и увидел, что тебя нет…
– Я звонила Нили несколько часов назад, – безучастно сказала она.
– Я у нее не был, – ответил он с явным вызовом. – К чему было звонить ей?
– Я думала, она знает, где ты.
– Подготовка любого телевизионного шоу сопряжена с огромной работой. Мы решили, что у нее должна быть новая песенная тема, новый имидж.
– Лайон, если не возражаешь, я бы предпочла не говорить о шоу Нили в такую минуту. Я умираю от страха за Джен.
Он сжал ее руку. Этот вполне естественный бессознательный жест застиг ее врасплох.
