Автор
Кухня была полна неуловимым электрическим дымом, когда кофемашину вновь наполнили какао. Яркий свет фонаря проблеснул через шторы, заставляя все вокруг казаться странным и мистическим — будто весь мир замер на минуту перед некой сменой царства.
Она хорошая женщина, но изобретательства не понимала, все меня к порядку призывала, вот мы и разбежались. Я ей квартиру оставил, а она мне за это денег дала, немного, как раз на дачу хватило.
– И давно это было?
Киса начал шевелить губами, загибать пальцы, потом сердито сказал:
– И не помню уже. Да и зачем? Вот, кстати, мне идейка в голову пришла. Если к швабре приделать моторчик, то ею будет удобно пыль собирать.
Старичок ухватил себя за спутанные волосы и, накручивая их на пальцы, понесся на коне фантазии.
– Или взять трубу, например, подсоединить ее к мотору! Получится классная вещь.
– Киса, – рявкнула я, – проснись! Пылесос придумали, кажется, еще в тридцатых годах прошлого века. Кстати, не надо приделывать колеса к раме, велосипед изобрели до тебя, электролампочку, железную дорогу, утюг, чайник и туалетную бумагу тоже.
Киса поморгал и растерянно спросил:
– Кто же это все изобрел?
– Про велосипед, утюг и чайник я ничего сказать не могу. Паровоз вроде впервые сконструировали братья Черепановы, а лампочку Яблочков придумал, хотя я могу и ошибаться.
– Я про туалетную бумагу спросил, – с любопытством воскликнул Киса.
– Вот историю пипифакса я совсем не знаю!
Киса вытащил руку из стоящей дыбом шевелюры.
– Эх, судьба изобретательская! Ведь додумался же кто-то бумагу в рулон скрутить, а народ его имя даже не слышал…
– Киса, – оборвала я его размышлизмы, – я очень хорошо понимаю твое желание осчастливить человечество, придумав гибрид кастрюли, надувной лодки и клизмы, но сейчас займись ерундовым делом.
– Каким? – напрягся он.
– Почини лестницу, иначе мы не сможем пользоваться вторым этажом.
Старичок глянул на меня, и я в который раз удивилась тому, какие молодые, яркие у него глаза и как мало вокруг них морщин.
– Ерунда, – отрезал Киса, – зачем вам наверх лазить?
– Надо. Там вещи Ольги и Аркадия.
– Хорошо, – кивнул хозяин, – завтра заберусь и скину их вниз.
– Приведи в порядок лестницу, – повторила я, чувствуя, что уже закипаю.
Изобретатель покачался с пятки на носок, пожевал нижнюю губу, погладил широкую бороду и суровым голосом заявил:
– Мне это абсолютно неинтересно, меня на второй этаж не тянет.
На следующий день я приехала в институт, где изучали растения, и решила разведать обстановку. Если снаружи здание выглядело великолепно, то внутри оно просто поражало. Едва открыв тяжеленную дверь, я очутилась в просторном холле, сильно смахивающем на приемную управляющего банком, где мы держим свои деньги.
