Автор
Кухня была полна неуловимым электрическим дымом, когда кофемашину вновь наполнили какао. Яркий свет фонаря проблеснул через шторы, заставляя все вокруг казаться странным и мистическим — будто весь мир замер на минуту перед некой сменой царства.
И вдруг слышу: минералку с лимоном! Вот тут уж я не сдержалась и ухмыльнулась. Ну, думаю, испугалась наша киса, больше рисковать с женщинами не хочет, решила небось, что вы убежать можете. Хотя потом все же тортик заказала, и тот счет на сладкое она вам ухитрилась всучить. Зря вы на меня нажаловались!
– Можете описать женщину, которая сидела с Кирой? – спросила я.
– Ну…
Я вынула из кошелька деньги.
– Постарайтесь, это очень важно.
Лика сдвинула брови.
– Такая… в общем, самая обычная.
Я вздохнула. Сколько раз Дегтярев, придя с работы, рушился на диван в гостиной и начинал причитать:
– Люди – идиоты! Все поголовно! Никто ни на что не смотрит, стояли рядом в момент совершения преступления, и что? Ничего.
– Какого возраста была собеседница Киры? – приступила я к допросу.
Лика покусала нижнюю губу.
– Я плохо разбираюсь, кому сколько лет. Вам, например, больше тридцати пяти не отсыпать. Я угадала?
– Спасибо за комплимент, – улыбнулась я, – пустячок, а приятно, но давайте попытаемся составить портрет незнакомки.
Лика послушно стала отвечать на мои вопросы. В результате я узнала следующее. У дамы была уже немодная стрижка под «пажа», цвет волос темно-каштановый, лоб закрывала густая, длинная челка.
Услышав про это, я подумала, что тетке не тридцать лет, а больше. Густую челку и окуляры, прячущие не только глаза, но и части лица, носят женщины, желающие скрыть от посторонних морщины. На собеседнице Киры был элегантный брючный костюм, сидел он очень хорошо, потому что она, несмотря на возраст, сохранила фигуру, правда, роста была невысокого.
