Автор
Елена на экипаже белого внедорожника резко остановилась посреди дороги, и я понимаю: это не просто машина. Это человек из моей жизни, который меня ищет. Убежать или скрыться - бесполезно. Он найдет меня, где бы я ни был. Но я не боюсь. Я привык к страху и знаю, что сопротивляться нельзя. Теперь я в паутине его заманчивых уловок, но отказываться придется....
Мне и раньше было больно от его размеров и грубости, но это не имело значения, потому что возбуждение и погоня за экстазом все перекрывало. Зажмуриваюсь, кусая губы, ожидая насилия и грубого наказания. Но Паук замирает глубоко во мне и со стоном прислоняется грудью к моей спине, водя губами по мочке уха.
– Потому что хочу тебя, суку, всегда! Потому что всю гребаную неделю ты, дрянь такая, не давала мне покоя! – хрипло шепчет мне на ухо. – Потому что пытался избавиться от твоего колдовства, но не смог. И за это я тебя тоже ненавижу! – агрессивно рычит, а сам нежно целует за ушком, ведет губами по шее, ласкает языком, лихорадочно целует плечи, слегка прикусывает, и я начинаю снова плыть.
И я уже сама, как голодная кошка, выгибаюсь, виляя бедрами, призывая Паука иметь меня.
Глава 28
Елена
– Ты все-таки сволочь, – смеюсь.
Мы лежим на моем разложенном диване и курим одну сигарету на двоих. Точнее, Родион иногда дает мне затянуться из его рук.
– Я вижу, тебе зашло «насилие», – ухмыляется Белов, выпуская дым в потолок.
– Мне зашли твои горячие признания, – еще раз затягиваюсь из его рук. – Я голодная. С утра не ела. И твое «насилие» пробудило аппетит, – поднимаюсь с дивана, достаю из шкафа халат.
– Положи на место! – велит он. – На тебе и так много одежды, – расслабленно закидывает руки за голову.
– В душ тоже так идти? – усмехаюсь, откидывая халат в кресло.
– Позже сходишь. Хочу, чтобы от тебя пахло сексом и мной.
Белов не романтик, он холоден, циничен, груб и скуп на эмоции. Но его маленькие вульгарные и пошлые признания меня будоражат.
