Автор
Елена на экипаже белого внедорожника резко остановилась посреди дороги, и я понимаю: это не просто машина. Это человек из моей жизни, который меня ищет. Убежать или скрыться - бесполезно. Он найдет меня, где бы я ни был. Но я не боюсь. Я привык к страху и знаю, что сопротивляться нельзя. Теперь я в паутине его заманчивых уловок, но отказываться придется....
Одновременно водит губами по моей шее, плечам, целует…
– Ах, – тихо постанываю, улетая от этих ласк. А Родион может быть нормальным. Это открытие для меня. Очень неожиданное, но приятное открытие.
– Ты ведьма, Лиса, – хрипло шепчет мне на ухо, вынимает пальцы, скользит ими по клитору. Ловлю себя на том, что неосознанно виляю бедрами, потираясь об его умелые пальцы. – Вроде обыкновенная, но такая манящая. В чем подвох, Лена?
А я не соображаю ничего. Что он там спрашивает? Что он от меня хочет? Я кайфую от его близости.
– Ммм? – цепляюсь за подоконник, чтобы обрести равновесие, ноги подкашиваются.
– Поплыла, – усмехается мне в ухо. Поднимается, лишая меня своих волшебных пальцев. Хнычу, а потом вскрикиваю, потому что Родион меняет пальцы на член. Резко входит в меня одним мощным толчком. Все, вся нежность потеряна. Его грубые пальцы стискивают мои бедра. Родион не медлит ни секунды, ускоряется, трахая меня грубо и глубоко. Именно трахает – по-другому все, что он творит, не назовешь. Но я настолько возбуждена, что принимаю его почти без боли.
С Родионом мое тело всегда в шоке, в агонии, хочется одновременно вырваться и все прекратить, и кричать, чтобы не останавливался. Содрогаюсь, задыхаясь, захлёбываясь стонами, и взрываюсь, разлетаясь на осколки. Но Белову, как всегда, мало, он подхватывает меня под грудью, поднимая, прижимая к своей груди, не сбиваясь с жесткого темпа. Больно сжимает грудь, продолжая трахать, преодолевая сопротивление сокращающихся мышц.
"Не ощущаю времени и пространства, прихожу в себя, только когда Родион прикусывает кожу на моей шее и кончает с последними сокрушительными точками. Падаю на подоконник, пытаясь надышаться прохладным утренним воздухом. И только сейчас понимаю, что мы делали это в открытом окне второго этажа и нас могли видеть соседи. Осматриваюсь: никого нет, тишина. Но… Да к черту все! Мне бы сейчас собрать себя воедино.
Белов медленно выходит из меня, вновь наклоняется, целуя в плечо, и отходит.
– Я первая в душ, – поднимаюсь, пошатываясь, направляюсь в сторону душа.
– Иди, мне нужно позвонить.
Взвизгиваю, окончательно приходя в себя, когда этот гад шлепает меня по попе.
– Сволочь!
– За языком следи, Лиса. Иначе накажу этот рот, из которого вырываются оскорбления в мою сторону, – ухмыляется.
– А сил-то хватит на второй раз? – провоцирую его, но ускоряюсь, убегая в ванную, замечая, как Белов цокает, но смеётся.
