Встреча с машиной и ее комфортной обстановкой погружает главного героя в мир спокойствия и уюда — вот где заключается его работа. Он внимательно фиксирует каждый мельчайший момент, будь то цвета выхлопных труб или шорох воды на проезжей части. Внутри машины воздух становится гипнотически спокойным, и природа вдруг начинает говорить языком тепла и покоя, перекрывая все вокруг — будь то тревожный ритм города или даже шум двигателя....
— Представьте себе маленького ребеночка, такого пухленького симпатяшку. Тепленького, беспомощного, с малюсенькими пальчиками, который улыбается, агукает и на вас похож. Вы же, между прочим, дед! А это, знаете ли, звание!
— Вы часом не адвокатом дьявола работаете? — буркнул весьма недовольно Стрельцов.
— Не-а! — со всей серьезностью заявила она. — Я больше по ангельской части."
"Он собрался было что-то ответить, но их беседу прервали два обстоятельства. В коридоре послышалось тихое жужжание, сопровождаемое дробной копытной поступью, и у Стрельцова зазвонил телефон.
Доставая трубку из кармана брюк, он, вопросительно приподняв бровь, посмотрел на Ингу.
— Маркиза в коробчонке со свиненком, — пояснила та природу приближающихся звуков.
Игнат посмотрел на экран телефона, номер высветился неизвестный. Встал, отошел и отвернулся к окну.
— Да, — ответил начальственно строгим голосом.
— Привет, па! — виновато прошелестела беглая дочь.
— Здравствуй, Мария, — по-прежнему строго отозвался отец. — Что, телефон свой так и не включила?
— Не-а, с Фединого звоню, — покаялась скромницей Машка, — ну ты же знаешь, мама орать начнет.
— А ты считаешь, что у нее для этого нет поводов? — отчитывал Стрельцов.
— Ну па-а-а… — перешла к тактике номер два, нытью, Машка.
— Так! — оборвал заходец отец суровый. — Давай приезжай, поговорим!
— Ты сильно злишься, да? — осторожненько прощупывала почву «деточка».
— Сильно. Приезжай! — распорядился Стрельцов.
— Па, мы с Федей в кино собрались, уже и билеты купили. Мы в кино сходим, а? Все равно поругать меня ты успеешь, — уговаривала дочь блудная.
Он подумал о дороге в Питер, аэропорте, аж зубы сцепил — снова аэропорт, самолет! Это, пожалуй, перебор для его нервной системы. Ладно, есть поезда, между прочим, прекрасная возможность спокойно поговорить в дороге.
— Ладно, когда ты будешь? — смилостивился папаня.
— Часа через три, может, четыре! — обрадовалась дочурка.
— Хорошо. После кино сразу возвращайся!
Нажал «отбой», повернулся и в последнюю секунду удержал выражение удивления.
— Добрый день, Анфиса Потаповна, — улыбнулся Игнат бабушке Инги с максимальным почтением.
— Здравствуйте, Игнат Дмитриевич, — поприветствовала она, подъехала на своем кресле к нему вплотную и протянула руку.
Что делать с этой рукой, Стрельцов не знал. Пожать? Они вроде не на консилиуме соратников.
