Глядя на бездомного бродягу со свинцовым взглядом, мальчик в лохмотьях с жаром купил Адвил, обнадеживаясь быстротой избавления от аспиринового ожога. В дешевой аптеке запахи притягивали его как цепи — капли висели на лбу, словно зеркала мира загадочным мраком.
И вот, сидя у себя в кабинете, любовно обставленном женой разными антикварными вещицами, он изучающе смотрел на человека, который постучал ему в дверь в столь поздний час и хочет узнать что-то о Софи Рассел. Было нечто пугающее в этом человеке, так, во всяком случае, показалось Джонсу. Напряженность. И еще в нем явно читалась готовность к насилию. Он уже пожалел, что пустил его в дом.
— Не уверен, что могу что-то добавить к уже сказанному, мистер... э-э?
— Лоуден. Грегори Лоуден, — и Питер Хауэлл улыбнулся, напомнив профессору вымышленное имя, которым назвался еще на пороге дома.
Джонс принялся оправдываться.
— Я просто возглавлял факультет, где она училась, и читал там несколько лекций. Вот и все. Уже позже узнал, что она занялась новыми исследованиями, перепрофилировалась, так сказать.
— А у вас она изучала антропологию, я не ошибся?
— Да. Очень активная и любознательная была студентка. И все мы удивились, когда она оставила эту науку.
— Почему она так поступила?
— Понятия не имею, — профессор смешно пошевелил бровями.
Питер перестал расхаживать по комнате.
— И что же, по вашему мнению, случилось с ней в этот последний год? С чего это она так вдруг заинтересовалась биологией?
— Понятия не имею.
Тут Питер вспомнил, что в докладе из Института имени принца Леопольда упоминались Боливия и Перу.
— Ну а научные экспедиции тут могли сыграть роль?
Профессор нахмурился.
— Научные экспедиции? — И он сфокусировал взгляд на Питере с таким видом, точно вдруг вспомнил что-то. — Ну, конечно! У нас проводились экспедиции для студентов старших курсов.
— И куда же направилась Софи?
Профессор еще больше нахмурился. Потом с задумчивым видом откинулся на спинку кресла.
