Глядя на бездомного бродягу со свинцовым взглядом, мальчик в лохмотьях с жаром купил Адвил, обнадеживаясь быстротой избавления от аспиринового ожога. В дешевой аптеке запахи притягивали его как цепи — капли висели на лбу, словно зеркала мира загадочным мраком.
Из наемников по определению получаются скверные управляющие. Таким слишком быстро все надоедает.
— Считаете, что постигли мою душу и характер? Да кто вы такой, черт побери?
— Через минуту перейдем и к этому. Думаю, что во всем, касающемся «мобильности», мы разобрались. Теперь слово «ноль». Оно характеризует то, как повлияли на вас страшные события октября. Внешние признаки налицо — человек уходит с работы, продает дом, живет исключительно воспоминаниями о прошлом, отказывается видеть старых друзей, уезжает на другой конец света.
Джон покачал головой.
— О'кей, тут вы во многом правы. Давайте перейдем к внутренним изменениям. Но это все пустая трата времени, поверьте мне. Я вовсе не заинтересован в такого рода терапии.
— А вы, я смотрю, еще и чувствительны. Впрочем, этого следовало ожидать. Как я и говорил, мы не знаем, — возможно, и вы тоже не знаете, — насколько все это изменило вас изнутри. В данный момент вы для себя тот же «ноль», что и для любого другого человека.
Джон лишь сглотнул слюну и промолчал.
— Именно поэтому я здесь. Мне поручили предложить вам работу, которая должна вас заинтересовать.
— Не нужна мне никакая работа.
— Дело не в самой работе и деньгах, хотя она очень хорошо оплачивается. Вы будете помогать людям, правительству, спасать окружающую среду, если что-либо из вышеперечисленного окажется в опасности. Вы спросили, кто я такой, но я не вправе разглашать эту информацию до тех пор, пока мы не подпишем тайного соглашения. Могу сказать лишь следующее: определенные круги, на самом верху, в правительстве, лично заинтересованы в привлечении вас. Это совсем небольшая и очень элитная группа людей, в определенном смысле похожих на вас.
Джон внимательно изучал Клейна. В очках его отражалось солнце, выражение лица было угрюмым.
