Глядя на бездомного бродягу со свинцовым взглядом, мальчик в лохмотьях с жаром купил Адвил, обнадеживаясь быстротой избавления от аспиринового ожога. В дешевой аптеке запахи притягивали его как цепи — капли висели на лбу, словно зеркала мира загадочным мраком.
Смит напрягся. Дверь с грохотом распахнулась.
Софи стояла, покачиваясь в тусклом свете, падающем из коридора. Одежда разорвана и в грязи, словно она валялась в канаве.
Смит бросился к ней.
— Софи!"
"Софи ввалилась в квартиру, он едва успел подхватить ее, прежде чем она рухнула на пол. Она задыхалась, судорожно ловила ртом воздух. Лицо горело.
Вот взгляд ее темных глаз сфокусировался на нем, она пыталась улыбнуться.
— Ты... вернулся, милый... Где... где ты был?
— Прости, Софи! Пришлось задержаться на день.
Она подняла руку, делая ему знак замолчать. И лихорадочно зашептала:
— Лаборатория... там, в лаборатории... кто-то... ударил.
И потеряла сознание. Он подхватил ее на руки. Кожа казалась липкой на ощупь. На щеках горели два ярко-красных пятна. Ее красивое лицо исказилось от боли. Она больна, тяжело больна. Что же с ней случилось? Это не усталость, это что-то совсем другое...
— Софи? Софи! О, боже ты мой! Софи!
Ответа не было.
Насмерть перепуганному Смиту пришлось вспомнить свои медицинские навыки.
Он заорал в трубку:
— Острое респираторное!.. Доктор Джонатан Смит, черт бы вас всех побрал! Выезжайте! Живо!
* * *Фургон без опознавательных знаков был почти невидим в тени деревьев на улице возле дома Софи Рассел.
Сидевший за рулем Надаль аль-Хасан повернул к нему узкое и темное серповидное лицо.
— Доктор Рассел была просто не в состоянии выйти из лаборатории одна.
— Однако ей удалось и то и другое, — заметил Гриффин. Круглое его лицо оставалось невозмутимым. Каштановые волосы, падающие на лоб, казались в темноте черными. Широкие плечи и мускулистое тело расслаблены. Теперь это был словно другой человек, куда более холодный и жесткий, чем тот, с которым всего несколько часов тому назад встречался в парке Рок Крик старый друг и товарищ Джонатан Смит.
