Кира нетерпеливо подталкивала ногой, дожидаясь момента, когда медсестра приступит к операции своей девочки. Подспудно она надеялась, что выяснится, кто из мужчин посетит роддом — бывший муж или свекровь. Впрочем, вероятность второго варианта была крайне малой. Малышка еще не понимала, что Дарина и Ленька — разные люди, и то, что у младшей сестры отца стоит звездочка в графе "отец", только радовала ее маму....
— Корсаров тут же уловил мое настроение. — Прекращай придумывать то, чего нет. — Вот теперь я совсем поникла. — Я так сказал не потому, что не хочу тебя….
— А ты хочешь? — Перебила его, тут же вскинув голову.
— Хочу. — Не медля ни секунды, сообщил он. И я видела — не врет. Более того, мужчина был серьезен, как никогда. — Дело в данном случае не во мне. Дело в том, что ты очень болезненно воспринимаешь любое посягательство на свое тело. Ты стараешься избегать прикосновений, настороженно ко мне относишься и совсем не терпишь поцелуев.
Я поняла, что сижу с открытым ртом только секунд через десять. Со стуком захлопнула его. Взгляд заметался по кухне.
— Я… я не знаю. Я не понимаю, что делать, чтобы было по-другому. — Попыталась объяснить.
— Я знаю. — Твердо сказал Гек.
Я вновь поняла, что мою челюсть можно из-под стола подбирать. Что же он меня так шокирует сегодня? Рот снова пришлось закрыть в принудительном порядке. Гена серьезно смотрел на меня, так что напрягла извилины и принялась думать. Хочу ли я, чтобы такой мужчина, как Корсаров, был рядом со мной? Хочу.
— Я бы хотела попробовать. — Неуверенно произнесла. — Просто я не понимаю…. — Вздохнула. — Я не знаю, как нужно создавать семью, и вообще отношения…. — Опустила ресницы, разглядывая пол. — Даже примерно не знаю, как это все должно выглядеть.
- А мы не будем смотреть, как делают другие. Мы будем делать так, как сами желаем. — Гек заправил за ухо упавшую мне на глаза прядь волос.
Сегодня вечером я нервничала больше обычного. Мой обычный халат казался мне особенно уродливым и старым, а еще у меня выскочил прыщ на носу. Прямо на самом кончике. Это просто выводило меня из себя. После разговора с Таней и эмоционального поведения Геннадия, меня начала беспокоить моя внешность. Впервые за все время моей жизни. Казалось бы, что такого: я некрасивая, пора бы смириться. Но мириться почему-то больше не хотелось.
