Кира нетерпеливо подталкивала ногой, дожидаясь момента, когда медсестра приступит к операции своей девочки. Подспудно она надеялась, что выяснится, кто из мужчин посетит роддом — бывший муж или свекровь. Впрочем, вероятность второго варианта была крайне малой. Малышка еще не понимала, что Дарина и Ленька — разные люди, и то, что у младшей сестры отца стоит звездочка в графе "отец", только радовала ее маму....
Залез под кресло, и увидел, что зажало не столько ногу, сколько ступню. Расстегнул ботинок и помог ей вытащить ногу из плена. Ничего, лучше без обуви, чем без ноги, или вообще без всего тела.
Догилева допрыгала на одной ноге до стены здания, а я подбежал к седану, который уже тушил выбежавший из больницы медперсонал ручными огнетушителями. Спасать там было уже не кого. И мне было не жалко того, кто посмел покуситься на мою семью, пусть и такой смерти Лёньке я не желал.
— Машину жалко. Мне Виталик голову открутит.
— Я компенсирую. — Отмахнулся.
— Не надо. Служебную у брата выпрошу. У Андрюшки вон в гараже бесхозная стоит, правда цвет придурочно-желтый. Зато все заранее шарахаться от меня будут. — Она поморщилась.
А до меня вдруг дошло, что не настолько Машка дурная и дикая, какой хочет казаться. Просто ей так удобнее: меньше лезут в ее дела. Да и легче вписываться в то общество, с которым приходиться контактировать.
— Спасибо, Маш. — Слабо улыбнулся.
Она только рукой на меня махнула.
— Гена!
Стоило нам оказаться в холле больницы, как ко мне тут же подбежала Кира. Обняла так, что я едва не взвыл от боли в ребрах. Но сдержался, только дыхание затаил. Так было приятно от того, что она сама обняла. Когда кислорода перестало хватать совсем, чуть отстранился и вгляделся в заплаканное лицо. Не сдержался и прижался к ее губам своими. Она не отстранилась, не замерла, не стала биться в истерике.
— Кхм…. — Раздалось где-то сбоку.
Пришлось отлипнуть от любимой женщины и возмущенно посмотреть на нарушителя спокойствия.
— Что? — Рыкнул на стоящего рядом мужчину в голубом медицинском костюме.
Тот даже ухом не повел. Все-таки у всех врачей атрофировано чувство самосохранения.
— Геннадий Борисович, вам необходимо провести осмотр. У вас даже на первый взгляд значительные повреждения. — Невозмутимо сказал он.
Кира тут же закивала головой.
— Ген, иди. Мы тебя в коридоре подождем. — Ее взгляд забегал по мне, пытаясь сквозь одежду хоть что-то неладное разглядеть.
Радовало то, что она не боялась и не закрылась после поцелуя. Это уже хороший прогресс. Кивнул и поплелся следом за врачом.
