– Даже так… – Он неопределенно хмыкнул, но спорить не стал и, прихрамывая, пошел надевать брюки вместо располосованных мною.
Вернулись они всего-то минут через десять – я даже не успела прийти в себя. Мы забрали наши сумки и вышли из дворца. Затем, отловив на улице какой-то экипаж, поехали к дому Алексии. Оказался он на окраине города, в довольно небогатом районе, если судить по внешнему виду строений. Девушка остановила возничего у двухэтажного обшарпанного домика, мы поднялись по лесенке на второй этаж, и горничная открыла своим ключом облезлую дверь.
– Янита! – позвала она с порога. – Янита, я дома, вставай скорее.
Через минуту в крохотный коридорчик из комнаты вышла худенькая растрепанная девчонка с заспанными глазами.
– Алексия? – Она улыбнулась, но тут увидела нас и замерла. – Алексия?! Что случилось?!"
"– Все хорошо, Янита, – поспешила успокоить ее сестра. – Янитка, просыпайся. Это баронесса Виктория Лисовская и виконт Хельден. Леди Виктория приняла меня к себе на работу. Мы сейчас быстро собираем все наши вещи и переезжаем.
– Леди… – Янита присела в книксене. – Виконт…
– Янита, быстрее… – поторопила ее Алексия. – Леди Виктория, виконт! Прошу вас, проходите. У нас, правда, тесно, но вы сможете посидеть, пока мы будем собираться. – Она чуть поклонилась и смущенно махнула рукой в сторону комнаты.
Комната оказалась небольшой и довольно темной. Две узких кровати, платяной шкаф, маленький столик у окошка, два стула, в углу – комод, на котором стояла посуда. Стены серые, облезлые, на скрипучем полу – две маленьких циновки у кроватей.
Я огляделась, подошла к окну и, плюхнув свои сумки под стол, присела на один из стульев. Эйлард последовал моему примеру, а сестры стали суетиться и собирать вещи.
– Алексия, берите все, что пожелаете. На себе нам ничего нести не придется, так что не стесняйтесь. – Я оперлась подбородком о кулак и стала наблюдать за девочкой.
И правда красивая, Алексия не соврала. Худенькая, с гривой волнистых, черных как смоль волос и яркими голубыми глазами. Алексия тоже красива, но Янита ее явно затмевала уже сейчас. А когда подрастет и до конца оформится, скорее всего, станет ослепительной красавицей. Неудивительно, что старшая сестра не хотела брать ее во дворец, коли там водятся такие дегенераты, как принц Гесил.
Пока я их рассматривала, девушки, расстелив на одной из кроватей простыню, стопками складывали туда вещи. Одежда, которой было, кстати, совсем немного, какие-то безделушки, постельное белье. Я наблюдала молча. Белье можно и не брать, разумеется, но думаю, так им будет спокойнее, а мне все равно. Алексия с сестрой тем временем завязали простыню узлом. Во второй тюк сложили подушки и одеяла.