Уж она отыграется на тебе за мои мучения!
Вскочив, я действительно села за компьютер, пытаясь спустить пар, отстреливая нарисованных персонажей в какой-то игре. Только вот руки так дрожали, что я не могла толком управлять мышкой.
Очнулась я снова возле двери в спальню Эрилива. Как сквозь пелену увидела свою руку, поворачивающую дверную ручку. На неслушающихся ногах сделала шаг в его комнату.
– Вики?
Эрилив возник передо мной как черт из табакерки. Только что ведь лежал на кровати и вот уже передо мной. Хм, в черных обтягивающих боксерах, с растрепанными волосами. Все! Я честно боролась, сколько могла…
– Вики? – Он протянул ко мне руку и осторожно приобнял. – Ты?..
– Я. – Одно движение плечами, и мой халат соскользнул на пол.
До кровати мы так и не дошли. В одно мгновение я оказалась прижатой к телу Эрилива и, обвив его ногами за талию, крепко обняла за шею. Минуты сумасшедшего поцелуя, когда уже задыхаешься, но не можешь оторваться. Прохлада стены, очутившейся вдруг за спиной, одно движение его рук, и я выпила его полустон-полурык, а он собрал с моих губ тихий вскрик.
Это была самая долгая и самая безумная ночь в моей жизни. Жаркий шепот незнакомых мне слов на незнакомом языке, перемежающийся стонами и признаниями в любви. Губы и руки, когда уже не знаешь, где ты сам, а где уже не ты, но часть тебя. Какой-то настойчиво повторяемый вопрос-просьба и мольба сказать «да». Кажется, я согласилась. Не помню… И – полное отсутствие тормозов и стеснения с моей стороны. Что ж… Настойка демонов и правда убойная вещь.
Проснулась я в объятиях Рила и какое-то время украдкой любовалась точеным профилем и тенью от длинных ресниц, которым позавидовала бы любая девушка."
"Тихонько перевернувшись, я села и еле сдержала вскрик. Мама дорогая! По мне ночью проехал танк? Или бульдозер? Болели все мышцы, в том числе те, о существовании которых я и не догадывалась. Ох ты ж божечки! Закусив губу, я сползла с постели и, кривясь, поковыляла в сторону своих покоев. Поскуливая про себя, подняла свой халат, который так и лежал на полу у двери, и похромала к себе. Как же хорошо, что Рил еще спит и не видит сейчас мою грацию подстреленного бегемота. Про морально-этическую сторону вопроса я даже не упоминаю, стыдно было невообразимо. Но это ладно – стыд не дым, глаза не выест. А вот позориться и показываться в таком расплющенном виде не хотелось бы.
Да-а-а. Без ванн с мертвой и живой водой я даже не доползу до первого этажа.
Именно это и было по плану на следующий час – реанимировать тело. А погрузившись в теплую воду с мертвой водой, я с интересом уставилась на левое запястье. С внутренней его стороны проявилась та самая магическая татуировка. Маленькая буква «Э», точнее руна, которой в Лилирейе обозначается эта буква в их алфавите.