Это же так обидно, разбудить мужчину, который столько лет спал для того, чтобы он же меня и задушил! Перед глазами уже плавали черные круги, в ушах гудело, и закралась мысль, что сейчас, наверное, передо мной пронесется вся моя жизнь. Как в книжках пишут, потому что пришел мой смертный час. Но почему-то ничего не проносилось, кроме все тех же черных кругов, и я поняла, что даже умереть нормально не могу. А буду задушена вот так глупо, неизвестным красивым парнем, которого я же и вернула к жизни. Где же ты, моя сковородочка?! Последнее, что я услышала, перед тем как провалиться в черноту, был истеричный кошачий рев."
"По моему лицу неприятно и влажно скользила какая-то крошечная тряпочка. Или не тряпочка, а скребок какой-то. Но мягкий и мокрый. И я, брезгливо поморщившись, открыла глаза, чтобы тут же их зажмурить. Перед моим носом маячило что-то усатое, мохнатое, зубастое и глазастое. Я даже вздрогнула от испуга. Ох! Да это же Филя вылизывает мое лицо.
– Вика, Вика, – заголосил Филимон, заметив мое движение. – Ты жива! Ой, как я испугался!
– Вика?! – тут же донесся взволнованный голос Тимара, и я все-таки открыла глаза.
Взъерошенный перепуганный Филимон сидел на подушке и лапкой трогал мой лоб. Возле кровати стоял Тим, хм, с подбитым глазом и разбитыми губами. О господи, а Тимара-то кто избил?
И тут я вспомнила! Судорожно села, заполошно огляделась, чтобы спросить, где этот псих ненормальный, который кидается на девушек, и встретилась с ним взглядом. Блондин сидел в ногах кровати и внимательно смотрел на меня. Одеться он не удосужился, да и не во что ему, насколько я знала, поэтому лишь обернул простыню вокруг бедер.
Я с ужасом посмотрела на него, а из горла моего вырвался какой-то сдавленный хрип. На самом-то деле это я заорала, но почему-то ора не получилось, только вот этот невнятный хриплый звук вырвался. А еще ужасно болело горло – словно я перца в чистом виде наелась, и ужасно хотелось пить, и… И хотелось сбежать и спрятаться. А этот маньяк сидел и смотрел…
И я, цепенея от страха, тоже смотрела на него. И вот в этот момент он совершенно не казался мне привлекательным. Сволочь такая!!! А я еще целовала его, и снился он мне. Тьфу! На левой щеке блондина красовалась глубокая царапина, нижняя губа была прокушена маленькими клыками, и из этих четырех дырочек выступили уже подсохшие капельки крови. Я опустила взгляд чуть ниже – на плечах и груди тоже глубокие борозды. Ай да Филечка, ты ж мой хороший! Ты у меня сливки теперь по первому желанию будешь получать… Та-а-ак, а Тиму кто глаз подбил? Я опустила взгляд на руки этого… убивца. На правой была немного содрана кожа на костяшках. Ага, значит, и Тиму досталось от него. Ну гад!
– Вика, ты как? – Тимар присел рядом, чуть подвинув Филю, и с тревогой вгляделся в мое лицо.