В этих мгновениях сердце вспыхивает и тихо шепчет открытие: ты не одинок. Дом одиноких сердец. Здесь запах цветов и теплый плащ создают атмосферу, где каждый шаг становится лестничной клеткой, которую мы все вместе поднимаем над солнечным днем, отделяя нас от вечного одиночества....
— В общем, не нравится мне все это, — выпалил он в конце концов.
— Что именно вам не нравится, Борис? — уточнила Лидия Михайловна.
— То, что они пытаются тут что-то разнюхать. С пациентами разговаривают, смущают их. Десять минут назад Горгадзе вывели из себя, он чуть сознание не потерял. Прибежал ко мне — у него пульс зашкаливает! В общем, подозрительно. Что за дамочка? Может быть, журналистка, а вы сами знаете, какие сейчас журналисты пошли. Что-нибудь выведают, и давай в газеты расписывать! А нам с вами скандалы ни к чему.
"— Вы полагаете, у нас есть что выведывать и разнюхивать? — вскинула брови управляющая. — И какие могут быть скандалы, связанные с нашим пансионатом?
Денисов замолчал и пристально посмотрел на нее. Но лицо Раевой оставалось по-прежнему непроницаемым, и он стушевался.
— Да я… в общем-то, просто так… — забормотал он. — Предупредить хотел… А то мало ли что…
— Спасибо за заботу. — В голосе Лидии Михайловны прозвучал едва уловимый сарказм. — Думаю, ничего страшного от визитов этих посетителей не случится.
Главврач кивнул и бочком протиснулся в дверь. Раева подошла к окну и внимательно осмотрела все скамеечки, на которых грелись ее подопечные.
— И потом, — задумчиво произнесла она вслух, словно продолжала разговаривать с Денисовым, — была ли у нас возможность отказать Боровицкому в его просьбе? Вот в том-то все и дело…
Лидия Михайловна причесала перед зеркалом волосы, поправила брошь на блузке и вспомнила, что Ангел Иванович сегодня каким-то образом ухитрился пройти мимо охраны и спрятаться в лесопарке.
Раева вызвала двух охранников и приказала тщательно исследовать ограду вокруг всей территории пансионата.
Глава 4
Уже ложась спать, Даша вспомнила, что забыла пригласить Боровицкого в гости. «Ладно, приглашу завтра, — решила она. — Главное, чтобы он пришел». К тому же Олеська принесла из школы пару историй, которыми Даше не терпелось поделиться с Петром Васильевичем, — у нее вообще вошло в привычку пересказывать ему какие-то забавные мелкие происшествия или советоваться по разным поводам.
Однако на следующий день лил такой сильный ливень, что они с Прошей просидели все утро дома. А в среду ее опять попросили провести занятие у Барсуковых с утра. На сей раз Инны Иннокентьевны в квартире не было, поэтому урок вышел если не образцово-показательным, то просто хорошим.
