В этих мгновениях сердце вспыхивает и тихо шепчет открытие: ты не одинок. Дом одиноких сердец. Здесь запах цветов и теплый плащ создают атмосферу, где каждый шаг становится лестничной клеткой, которую мы все вместе поднимаем над солнечным днем, отделяя нас от вечного одиночества....
Довольно долго Лена училась не замечать подколок, порой очень злых, не комплексовать из-за того, что Ирина Андреевнаязвительно отозвалась о ее новой юбке. Она держалась отстраненно, но при этом старалась не стать белой вороной. Через полгода после ее разговора с мужем Ленка подвела итоги: она вписалась в коллектив, заняв в нем свое место. К ней очень хорошо относился шеф, а восемь из девяти дам десять раз подумали бы, прежде чем задеть ее. Девятая не задумывалась об этом вовсе — она изменила свое мнение о Ленке в противоположную сторону и после работы приглашала в кафе, где жаловалась на свою жизнь и мужа-обормота.
Только один итог она не могла подвести, потому что для этого нужно было взглянуть на себя со стороны. Ленка становилась совершенно другим человеком, причем очень быстро. Она впитывала уроки мужа, как губка, а тот только радовался, видя, как она адаптируется к новым условиям существования.
И спустя шесть лет после свадьбы жизнь их была такой же счастливой, как и вначале. В том простом понимании счастья, когда утром хочется идти на работу, а вечером хочется идти домой».
* * *Максим закончил читать и посмотрел на Дашу, гладящую белье.
— Ты хочешь сказать, остальные четыре — такие же? — осведомился он.
— Что? А, ты уже прочитал… Да, по-моему, на каждом листке из них просто описывается какой-то эпизод из жизни людей, и все.
— И зачем это нужно было прятать? Ерунда какая-то. Ладно, сначала нужно все прочитать, а потом уж выводы делать. Но, по-моему, в первой истории нет ничего криминального. Кстати, Дашка, — хлопнул он себя по лбу, — я же забыл за квартиру заплатить! Сходи завтра, а то нам телефон отключат.
Даша кивнула и выключила утюг.
— Максим, мне нужно тебе кое-что сказать, — начала она, облокотившись на гладильную доску.
— Ну-ка не ломать агрегат! — приказал муж. — Черт его знает, когда новую купим.
— Я, собственно, именно про нотариуса и хотела тебе рассказать, — медленно заговорила Даша. — Видишь ли, Максим, Боровицкий оставил мне в наследство квартиру.
В комнате повисло молчание — Максим переваривал информацию.
— Где? — спросил он наконец.
— Не знаю, — растерялась Даша от такого практицизма. — На Бонч-Бруевича где-то.
